Таня продолжила:

— В некоторых кругах ее обвинили в том, что она стала жертвой параноидального страха. Чепуха, конечно. Эта леди никогда и ничего не боялась в жизни. Во всяком случае, по другую сторону ворот находится стальной щит, который мгновенно опускается, если какая-то машина попытается проникнуть туда без разрешения.

— А само здание?

— Во все окна вставлены специально закаленные стекла, даже в георгианские. Сетчатые занавеси представляют собой воистину чудо современной науки — они предохраняют от взрыва.

— Вы действительно хорошо изучили проблему.

— Удивительно, но все, что я вам сейчас рассказала, было в английских газетах и журналах. Британская пресса ставит свободу слова выше любого другого соображения. Она просто отказывается считаться с возможными последствиями, касающимися безопасности. В подборке любой крупной британской газеты в любой библиотеке вы найдете подробное описание внутреннего устройства дома номер десять, загородного дома премьер-министра в Чекерсе и даже Букингемского дворца.

— А можно проникнуть туда под видом какого-нибудь служащего?

— Раньше — запросто. Доставка продуктов для всяких мероприятий осуществляется обычными фирмами. Так же обстоит дело с уборкой. Но они очень строго проверяют всех допускаемых к этой работе людей. Бывают, конечно, и промахи. Например, однажды водопроводчик, работавший у министра финансов в доме одиннадцать, открыл какую-то дверь и оказался в доме десять, где долго бродил в поисках выхода.

— Звучит как анекдот.

— Совсем недавно служащие одной фирмы, нанятые для очистных работ, причем они прошли проверку, оказались обладателями фальшивых документов. Некоторые имели даже разрешение работать в министерстве внутренних дел и других министерствах.

— Так, все, что вы говорите, означает, что случаются ошибки.

— Совершенно верно. — Она поколебалась, потом спросила: — Вы имеете в виду что-то конкретное?

— Снайперская винтовка, выстрел с крыши дома напротив, когда он будет выходить из двери?.. Нет. Это не годится. У меня действительно еще нет четкого плана сейчас, но я что-нибудь придумаю. Я всегда нахожу решение.

Официант принес заказанный ими суп.

— Запах замечательный, им одним можно насытиться. Давайте начнем.

После ужина Диллон проводил Таню до двери ее дома. Шел легкий снежок, было очень холодно.

— Такая погода должна напоминать вам о доме.

— О доме? — Она растерянно посмотрела на него, потом рассмеялась. — Вы имеете в виду Москву? — Она вздохнула: — Это было так давно. Не хотите подняться?

— Нет, спасибо. Уже поздно, и я хочу спать. Завтра утром я буду в гостинице, скажем, до полудня. Вряд ли я останусь там обедать. Вернусь после двух, так что вы сможете меня найти.

— Хорошо, — сказала она.

— Тогда до свидания.

Она закрыла дверь. Диллон повернулся и ушел.

Когда он свернул за угол и вышел на Бейсуотер-Роуд, из подъезда дома напротив вышел Гордон Браун и взглянул на Танины окна. В квартире зажегся свет. Он постоял немного, потом вздохнул и пошел прочь.

На следующее утро температура в Париже поднялась на несколько градусов и снег начал таять. Около полудня Мэри и Арну подъехали в черном «ситроене» полковника и подобрали Броснана. Он ждал их возле своего дома на набережной Монтебелло в плаще, твидовой кепке и с чемоданом в руке. Шофер уложил чемодан в багажник, а Броснан устроился на заднем сиденье.

— Что-нибудь есть? — спросил он.

— Абсолютно ничего, — ответил полковник. — Я уверен, что он уже там.