Мэри взглянула на свои часы:

— Он должен сейчас быть у премьер-министра, чтобы предупредить его о серьезности ситуации.

— Это, по-видимому, все, что он может сделать, — заметил Броснан. — Ну и поставить в известность другие секретные службы.

— А что предпримете вы, друг мой? — спросил Арну.

— Нам известно, что он работал в Лондоне на ИРА в тысяча девятьсот восемьдесят первом. Я уже говорил Мэри — ему придется использовать свои связи в преступном мире, чтобы достать все необходимое. Он всегда так действует и на этот раз поступит так же. Поэтому я должен увидеться с моим старым приятелем Харри Фладом.

— Этим грозным господином Фладом? Капитан Таннер рассказывала мне о нем. Но что, если он не сможет помочь?

— Есть еще варианты. В Ирландии — в Килри, недалеко от Дублина, — живет мой старый друг Лиам Девлин. Нет ничего, чего бы он не знал о деятельности ИРА за последние несколько лет, в том числе и о боевиках. Таковы мои соображения. — Броснан закурил и откинулся на сиденье. — Я доберусь до этого подонка — так или иначе. Я достану его.

Шофер отвез их в конец аэродрома Шарль де Голль, где стояли личные самолеты. «Леар» ждал их на площадке в полной готовности. Не понадобилось никаких формальностей. Все было сделано заранее. Шофер поднес чемоданы к самолету, где стоял второй пилот.

— Капитан, — обратился Арну к Мэри, — если вы позволите… — Он легко поцеловал девушку в обе щеки. — А вы, дружище, — обратился он к Броснану, — не забывайте, что всякий раз, когда отправляешься в путь, чтобы отомстить, надо вырыть две могилы.

— Философствуете, полковник? — сказал Броснан. — Это в ваши-то годы? До свидания.

Они пристегнули ремни. Второй пилот поднял трап, закрыл дверцу и прошел в кабину.

— Вы знаете, Арну прав, — заметила Мэри.

— Я знаю. Но ничего не могу поделать.

— Я понимаю вас, поверьте, — сказала она, и в этот момент самолет взлетел.

Когда Фергюсона привели в кабинет, премьер-министр стоял у окна с чашкой в руке. Он повернулся и улыбнулся:

— Чай всегда освежает, бригадир.

— Часто говорят, господин премьер-министр, что именно благодаря чаю мы смогли выстоять в этой войне.

— По крайней мере, он помогает мне справиться с лавиной дел. Как вы знаете, каждое утро в десять я провожу заседание кабинета по военным вопросам. Кроме того, есть срочные вопросы, связанные с Персидским заливом.

— И повседневная работа по управлению страной, — добавил Фергюсон.

— Да, мы делаем все, что можем. Никто еще никогда не говорил, что политика — легкое дело, бригадир. — Он поставил чашку на стол. — Я прочитал ваш последний доклад. Вы полагаете, что этот Диллон где-то здесь, в Лондоне?

— Мы пришли к такому мнению, господин премьер-министр, из-за того, что он сказал Броснану.

— Вы предупредили все спецслужбы?

— Конечно, но, видите ли, мы не можем описать его. Есть, правда, некоторые данные: небольшого роста, светлые волосы и тому подобное. Но Броснан считает, что теперь Диллон выглядит совершенно по-другому.

— Может быть, нам стоит использовать прессу?

— Да, это мысль, — сказал Фергюсон, — но я сомневаюсь, что будет какой-нибудь результат. Что они могут написать? Что в интересах проводимого расследования полиция хотела бы связаться с человеком по имени Син Диллон? Но у него уже другое имя.