Глас  – редкая способность, сравнимая с сильным гипнотическим внушением. А уж если он  воздействует только на хаоситов через общую кровь, то тут почти без шансов.  Пожелай я отбить Чейла силой, это было бы нереально. Байтусу один шаг до входа  в ранг Витязя.

Вернув  мне вещи, целитель едва ли не пинками выгнал из госпиталя, хохоча как безумный.  Его развеселил вопрос, почему в контракте с гильдией Саспен перечеркнуты пять  из шести упомянутых имен.

–  Ой, чернь! Вы меня до инфаркта доведете со своим юмором! Да потому, что все те,  чьи имена зачеркнуты, умерли. Так Система отмечает погибших, не удаляя из  официальных документов.

–  Да быть такого не может! Я же видел, как четверых из них увели охотники. Они  собирались уплыть из крепости на батискафе.

И  тут до меня дошло. Батискаф, может, и вышел из крепости, но до города так и не  доплыл. Пираты или монстры скорее всего напали на них по пути. Даже мы с  опытным Цередрихом пострадали от неоднократных нападений, пока добирались до  пещерного комплекса Алексиум. Как здесь вообще можно выжить, при таком высоком  уровне смертности?!

Уходя  из медблока, я так и не сказал Кайрусу о том, что увидел с помощью  идентификации в момент, когда остановил его руку от пощечины.

Человек,  Кайрус Фарако, 101 уровень (ранг: Ратник III-ступени)

Информаторий: родство со  старшим проявлением стихии жизни, заражен 3 из 6 фрагментов неизвестного  вируса. Инкубационный период завершится через 4 часа.

Сработал  принцип подобия. Чем больше я узнаю о вирусе, тем больше информации о нем может  распознать система. Именно это прикосновение к голой руке целителя одарило меня  еще одним сообщением.

Модуль  здоровья: обнаружен 3-й фрагмент активного вируса. [изученность: 2,71%]

Активность: агрессивный  режим || Реакция антител: есть, слабая

Естественный срок жизни:  неизвестен ||Симптомы: жар, бред, слабость

Развитие  вируса внутри носителя: 17%...

Второй  фрагмент вируса спал, пока не появился третий. За то время, что я был без  сознания, зараза развилась аж на 17%, но благодаря прежнему опыту борьбы с  чем-то подобным, у меня уже выработалась слабая реакция антител. Как и в  прошлый раз, стимуляция аурой жизни во время лечения ускорила развитие вируса.

Выйдя  из медблока, я пошел не на шахту, а за стены крепости, к внутренней границе  энергетического купола. Впервые за долгое время, мне искренне захотелось побыть  наедине с самим собой.

На  песчаной отмели, не занятой ни водой, ни зданиями, удачно нашел булыжник,  внешне похожий на скамейку. За пределами энергетической пленки царит полумрак,  рассеиваемый светящимися растениями, планктоном и стаями рыб. Мана, как  дополнительная энергия, сама по себе стала источником освещения для морских  глубин.

Внутри  крепости, наоборот, едва горит свет и шумят люди. Одни горняки медленно  плетутся на работу, встречая по пути тех, кто, наоборот, возвращаются с копки.  Одни радостные из-за объема добычи, а другие грустные из-за прожитого впустую  дня.

Присев  на камень, поставил рядом кирку. Надо дать мыслям устаканиться. На душе погано!  Чем дольше я нахожусь во Фризе, тем хуже все становится. Кое-как выжил, но  потерял нового друга. Поборол одну часть вируса и подцепил две другие. Нашел  работу, интересную команду и лишился ее спустя четыре часа, получив вместо  помощи огромный долг в тридцать тысяч монет. Сколько раз за это время я едва не  погиб? Ощущение, будто воля мира бьет меня по рукам за любой контакт с другими  разумными. Может, стоит снова самоизолироваться и набраться сил?! Почему-то  все, с кем я контактирую, вскоре подвергают свою жизнь смертельной опасности.