Работы не прекращались и по сей момент, о чём свидетельствовали грязные, лохматые люди, продолжающие стягивать всё, что найдут, в лагерь. А там это тут же пускали в дело точно такие же чумазые каменщики. И надо признать, система, выстроенная Тимуром, приносила плоды, в отличие от политики невмешательства полковника.

Такими темпами, данная крепость вскоре сможет дать отпор даже Центровым. Да что там вскоре, она уже сейчас способна держать оборону гораздо эффективнее военной части, при правильном подходе, конечно.

У меня аж руки зачесались, как сильно я захотел прибрать себе это место. Но пока, увы, мы расположились чуть дальше по улице и вели наблюдение, ожидая, когда явится Тимур. Кряк с Потным занимались тем же с противоположной стороны, ну и ещё одна группа была отправлена на третью позицию. Таким образом мы полностью охватили лагерь и видели расположение всех сил.

— Нет, нам его не взять, — уже в который раз сделал вывод Толя. — Это из разряда фантастики. Слишком неравные силы, а уж про «преимущество» в позиции штурмующих я вообще молчу. Не уверен даже, что нам удалось бы вот так, в восемь рыл, его удержать.

— Я пойду один, — высказался я, выслушав очередное причитание.

— Ну и дурак, — пожал плечами Толя, — а я уже было начал к тебе привыкать.

— Что-то рано ты меня хоронишь, — усмехнулся я и привалился спиной к стене. — Это сработает, вот увидишь. Тимур ни за что не откажется унизить меня перед тем, как убить. Он захочет отыграться за всё и сделает это публично, именно так я войду внутрь без всяких проблем.

— Это и лосю понятно, — продолжая наблюдать, отозвался командир. — Дальше-то что? Если начнётся заварушка, мы тебя вряд ли вытащим, а твоих сил может не хватить на всю шайку.

— А дальше мы будем вершить революцию, — улыбнулся я в пустоту, потому как Толя меня в данный момент не видел. — Постараюсь поднять народный гнев и свергнуть узурпатора. Люди ещё помнят, как можно жить иначе, это не пять поколений рабства, где никто даже близко понятия не имеет, что можно жить иначе.

— А ты уверен, что им это надо? — подкинул сомнений тот. — Может, их всё устраивает? Еда есть, убивать их никто не смеет, кроме разве что хозяина, крышу вроде как тоже предоставляют.

— Толя, мы с тобой говорим о русских, — ухмыльнулся я. — Когда это мы были довольны начальством? А здесь явно дают понять, что они и не люди вовсе, а вещью они быть пока ещё не научились.

— Мне бы твою уверенность, — хмыкнул в ответ он. — Значит, смотри: вон тот участок стены выглядит довольно хлипким, если что-то пойдёт не так — не геройствуй, вышибай его на хер и сваливай. Мы тебя сверху прикроем. О, клиент явился.

— Хорошо, — ухмыльнулся я. — Ну, я пошёл.

— Угу, не пуха, — буркнул тот.

Если честно, то было страшно, очень страшно. Хоть я и не показывал виду, старался держаться молодцом, но вот так, в открытую, совать голову в пасть льва без должной подготовки…

В общем, когда я подошёл к воротам, вся спина взмокла. По дороге перед глазами постоянно мелькали всевозможные картинки собственной смерти.