— Зачем?

— Там мой сын. Я не знаю, что с ним стало за все эти годы, кого хизмеи из него воспитали? Ты можешь гарантировать, что люди Филина справятся с ним? Не забывай, у него есть сила, и ни ты, ни я, не имеем понятия, насколько он ею овладел. К тому же я должен попасть в архив.

— Дались тебе эти бумажки… — Толя всё ещё противился моему решению, но уже не так рьяно, как это было час назад.

— Ты не хуже меня понимаешь, сколько всего зависит от того, что в них написано.

— Я пойду с тобой.

— Нет.

— Вот опять нет! Мне уже кажется, что ты специально отвергаешь всё, что бы я ни сказал. Что на этот раз не так?

— Ты мне нужен здесь. Армия не может остаться без генерала. Ты сам знаешь, сколько у тебя работы, с одними только укреплениями до следующей зимы возиться.

— Но от Лешего ты не отвертишься.

— Даже не собирался, — усмехнулся я. — Мало того, я собираюсь прихватить с собой и Филина.

— А он об этом знает?

— Он должен приехать завтра, вот и решим. Но я уверен, что он не откажется. Ему так же, как и мне, очень хочется заглянуть в архивы хизмеев.

— Втроём пойдёте?

— Да. Толпой мы только глаза мозолить будем.

— Ты ведь понимаешь: если попадётесь, у нас не будет ни единого шанса вас вытащить. Вас просто убьют на месте.

— Пусть попытаются, — нагло ухмыльнулся я.

Глава 18

На что способны три шпиона?

Различие границ было настолько сильным, что я не уставал удивляться: как при подобных дырах в охране они умудрялись сдерживать поток беженцев? Разве что их отлавливали позже, при входе в крепости или в другие посёлки. Всё же нам в наследство достались более серьёзные укрепления и заслоны. Здесь, в момент образования Евросоюза, границы между государствами стали, скорее, условными. Да, честные граждане пересекали их через специальные КПП, ради отметок и во избежание штрафов. Но сейчас это сыграло злую шутку.

Наши границы, напротив, укреплялись максимально. Отчего мне требовалось лишь усилить количество патрулей и кое-где подлатать бреши. Но даже это не гарантировало полной герметизации, и Баталин периодически отлавливал шпионов. Однако наша защита была кратно надёжнее той, которую нам требовалось преодолеть. Впрочем, и сложности нас ожидали вовсе не на данном этапе.

Морозы в европейской части континента тоже отличаются от наших. Но трясине, которая покрывала бо́льшую часть побережья, хватило, чтобы она смогла выдержать вес человека. Высадили нас, естественно, ночью и теперь мы шагали по замёрзшей пустоши, в направлении Берлина.

Ориентироваться приходилось по не очень подробной карте. Она была старая, напечатанная ещё до катастрофы. Действующие поселения попросту выделены фломастером, отчего не совсем понятно, что и где на самом деле находится. Ведь ситуация меняется каждый год, люди продолжают метаться в поисках лучшей жизни. Кто-то уходит из городов, в попытке освоить заброшенные земли. Другие, напротив, оставляют крохотные общины и прибиваются к крупным крепостям. Потому как большинством выживать легче.