— Где Со́фа? — спросил я, когда мы вошли домой.

— С ней Митяй сидит, — ответила Вика. — Я попросила присмотреть, чтобы встретить тебя.

— Так даже лучше, — пробормотал я вслух.

— Что происходит, Глеб?

— Сегодня утром поляки перейдут границу, и одновременно с ними Никонов атакует северные рубежи.

— Божечки, — жена прижала ладони ко рту. — Мы ведь их победим? Глеб, скажи мне правду, я должна знать.

— Не уверен, — честно ответил я. — В таких ситуациях мы ещё не бывали. Вик, я хочу, чтобы ты поняла, насколько всё серьёзно.

— Ты думаешь, я дура⁈ — в её голосе уже начали проскакивать истерические нотки.

— Сегодня вечером я встречался с Филином.

— Он поможет нам?

— Сложный вопрос, — поморщился я. — Ты ведь знаешь, что у него на всё есть цена.

— Что он хочет?

Я выдержал небольшую паузу, глядя прямо в глаза своей женщине.

— Нашу Софию.

— В смысле? — Вика, кажется, даже забыла о том, что сейчас творится снаружи. — Глеб, объясни, пожалуйста, что это значит?

— Он хочет взять себе в жены нашу дочь, — более точно сформулировал я.

— Он что, больной? Ей всего семь! Что ты ему ответил?

— Пока ничего. Вначале я ему отказал, но он дал время подумать.

— И что ты решил? — на лице Вики отразился весь спектр эмоций, что сейчас творился в её душе.

— Родная, на тот момент ситуация выглядела иначе. Мы боролись лишь с одной угрозой…

— Ты в самом деле хочешь её отдать?

— Думаешь, будет лучше, если её заберут поляки или Никонов?

— Я думаю, что ей будет лучше рядом с нами.

— И я считаю так же, но обстоятельства…

— Что ты за мужик тогда, если не можешь нас защитить⁈

— Ты уверена, что хочешь общаться со мной в таком тоне? — ледяным голосом спросил я.

— Прости… прости родной, я не хотела, — Вика моментально переключилась и попробовала защитить свои интересы с другой позиции.

— Хотела, — сухо ответил я и оттолкнул её руки. — Послушай меня и не спорь.

— Не отдавай её, пожалуйста, Глеб. Я не выдержу ещё раз… только не сейчас, пожалуйста.

— Да выслушай ты меня, ёбаный в голову! — рявкнул я, и жена тут же замолчала.

— Я дам согласие… Заткнись и просто послушай! — вновь повысил голос я, потому как Вика уже открыла рот. — Ты поедешь в степи вместе с ней.

— Спасибо… Спасибо тебе, родненький ты мой, — Вика со слезами бросилась мне на шею и принялась целовать лицо.

А у меня отлегло от сердца. Ведь, по сути, в данный момент, я убил двух зайцев: приобрёл очень серьёзного союзника и развязал себе руки. Теперь мне не придётся волноваться за судьбу близких, а значит, можно смело лезть в самое пекло.