А через мгновение я уже смотрел на договор, который сунул мне под нос хозяин степей. Я пообещал, что ознакомлюсь с ним, естественно, после проверки юристами. Затем мы ещё долго общались, обсуждали различные мелочи, пока не пришли к полному взаимопониманию. А наутро моя армия поднялась и уже к обеду (впрочем, как я и планировал), вошла в Астрахань.

Глава 9

Информация правит миром

Казалось бы, жизнь изменилась до неузнаваемости. Нет привычных сотовых телефонов с постоянным доступом к абсолютно любой информации. Дети слушают рассказы про давние времена, с открытыми от восторга ртами. Словно мама сказку на ночь рассказывает. Нет больше скоростного метрополитена, автомобили на последнем издыхании. Благо трактора ещё хоть как-то дрыгают, но им тоже недолго осталось. Нынешней молодёжи они ещё кажутся привычными, отчего все рассказы о прошлом звучат более-менее правдиво. Но их дети смогут увидеть рабочую технику разве что в качестве диковинки.

Почему я так думаю? Да всё просто: хизмеи. Они так яростно вставляют палки в колёса прогресса, будто хотят откатить человечество к самым мрачным годам средневековья. Прошло каких-то десять лет, и отыскать полезную информацию стало практически нереально. За научными книгами охотятся так, словно от их существования зависит будущее всей солнечной системы — не меньше.

Да, в мире остались специалисты во многих областях, но их становится всё меньше. С другой стороны, множество этих знаний негде применить. Согласен, возможно восстановить металлургию, ведь железа вокруг всё ещё в достатке, его даже в шахтах добывать не нужно. Но что делать дальше с отлитой болванкой? Выковать меч, подкову или плуг? Токарного производства больше нет, со всеми их ЧПУ и так далее. Хорошо, в локальном объёме получится обработать некое количество деталей. Такие, как болты, вал, опять же, проточить или что-то такое, способное продлить жизнь колхозной технике. Но на этом всё.

И так в любой области, куда ни сунься. Это я говорю за своё, у некоторых уже давно используется лошадиная тяга. И прогресса там не предвидится в ближайшую сотню лет — точно. Хизмеи делают для этого всё возможное. И я не понимаю, откуда у Виктора такая тяга ко всему этому дерьму? Зачем он всё это делает? И много, очень много других вопросов.

Часть ответов я только что получил от Филина. Папка с копиями материалов сейчас лежала прямо перед моим носом, и я с жадностью маньяка поглощал знания, что в ней находились.

* * *

Подозреваю, что ни для кого не секрет, что метрополитен является бомбоубежищем. Эти бесконечные лабиринты тоннелей способны вместить в себя огромное количество людей. В день через него проходит семь с половиной миллионов человек. Но единоразово, в него, конечно же, столько не влезет. Тем не менее, огромное количество людей оказались заперты в замкнутом пространстве, и всех их нужно было организовать в общем порядке.

Когда люди поняли, что произошло, подземный мир охватил хаос. Власть закона исчезла без следа, и только сила могла заставить стадо подчиняться. Вначале вспыхнули драки на станциях, затем между ними. В том смысле, что банды, захватившие власть над небольшим очагом жизней, пытались заполучить её над соседями. Процветало рабство в своём самом отвратительном проявлении. Чем меньше становилось еды, тем сильнее зверели люди. Вскоре и каннибализм стал нормой.

Во всём этом многообразии и оказался пацан, который привык к несколько иному образу жизни.