Полог шатра был отдёрнут, и основное помещение освещали косые солнечные лучи. На столе стоял чайник и две плошки – одна для напитка, вторая с едой. Кажется, это счастье дожидалось именно меня. И, кажется, Микара я уже искренне люблю, до чего же замечательный мужик!

Еда представляла собой смесь какого-то злака, порубленных овощей и кусочков мяса, дурманяще пахла незнакомыми специями и нестерпимо манила, так что меня не остановило даже отсутствие столовых приборов. Я накинулась на предложенный завтрак с жадностью, забрасывая щепотью в рот, с трудом заставляя себя хоть немного жевать небольшие кусочки нежного мяса, а не заглатывать целиком. Ох, видела бы меня в этот момент мать!Кажется, жизнь среди дикарей будет не лишена маленьких удовольствий: как минимум инчиры умеют вкусно готовить.

Можно сказать, на новом месте я устроилась. Жильё есть, способности мои здесь уже оценили, так что – не пропаду. С речью бы вот ещё разобраться, но над этим вопросом я работаю. Сейчас поем и продолжу, не откладывая на приход льдов. Может, день продолжит радовать и меня не побеспокоят?

Надежда оправдалась лишь отчасти. Когда я уже заканчивала завтрак, в шатёр вернулся его хозяин, нагруженный объёмным свёртком. При виде меня Микар разулыбался.

– Ясного дня, Стевай!

– Стеваль, - поправила я, выделив спорное окончание. - И тебе доброе утро.

– А я разве не так сказал? - озадачился мужчина, уложил принесённые вещи рядом со мной и сел напротив.

— Не совсем, – вздохнула я. Кажется, будет проще привыкнуть к новому имени, чем научить окружающих правильно его произносить. - Что это? – уточнила, сообразив, что предназначался куль мне.

– Вещи на смену, - пояснил Микар. - Одежду перешить успели, а обувь нужно делать заново, придётся пару дней потерпеть. Ну и еще какие-то мелочи, я не смотрел – женщины собирали для женщины, не дело нос совать.

– Погоди, – запоздало сообразила я и затрясла головой. – Ты хочешь сказать, что вы мне за ночь нашили одежды?

– Почему «за ночь»? День уже к середине, - отмахнулся он. - Да и не шили, просто переделали. Очень уж ты тоненькая,только детские вещи и годятся, а это нехорошо.

– Спасибo, - растерянно проговорила я. – Это... неожиданно. Только мне и отблагодарить нечем.

Он посмотрел на меня в ответ как-то странно, словно не поверил своим ушам или усомнился в серьёзности сказанного. Пару мгновений разглядывал, но потом всё же ответил, пряча улыбку в уголках губ:

– Стевай, ты вчера совершила чудо. Ты спасла жизнь, которую все уже оплакали, с которой простились. Две жизни. Тунгар и Кирин готовы от заката до заката над тобой плащ держать, потому что Кирин и её сын живы. Никакие вещи не могут отплатить сохранённых жизней! Понимаешь?

– Про плащ не очень поняла, а в oстальном – да, пожалуй, - ответила я.

Прикормить хорошего целителя при отсутствии собственных – это разумный подход, всецело одобряю.

– Сегодня большой праздник, и такой светлый знак к нему – это очень, очень хорошо, - продолжил Микар. - Мы будем благодарить духов не только за щедрость земли и неба, но и за то, что привели к нам тебя. Вот только... – он замялся, но всё же продолжил: – Теперь трудно будет убедить инчиров, что ты сама – не дух. Твоя необычная наружность и чудеса – это очень сбивает. Даже меня.

– Да, кстати, о духах! – опомнилась я, пропустив мимо ушей последнее замечание старейшины. – Расскажи мне, что это вообще такое? Кто они? А то вчера мне тайюн хватило,и мы так до этого вопроса и не дошли.