– Вот ещё, - презрительно фыркнул Тармир. - Что я ему, свои мысли в голову вставлю? Что мог – я дал, а если ему охота птицу кулаками сбивать, его дело. Как и думать, зачем ему вообще та птица далась.

– Что же ты сразу не сказала мне, зачем это всё? - спросил Микар.

– Ну извини, – я покаянно развела руками. – Не люблю я личное обсуждать,тем более ничего бы этот рассказ не изменил. И жаловаться не люблю, предпочитаю решать проблемы самостоятельно. Я вот не понимаю, с чего я сейчас-то такая разговорчивая... Это с устатку или в отваре что-то такое было, развязывающее язык?

– Это тебе нужно с Майан спрашивать, она передала лекарство, - невозмутимо пожал плечами старейшина. Врать он не умел и вины за собой явно не чувствовал, так что я расслабилась. – Но ты ведь могла помощи попросить, я бы сам с ним поговорил...

– А толку? – вмешался Тармир. - Будто ты Чингара не знаешь! Так бы он тебя и послушал. Упрямый, – с отчётливой гордостью протянул гость. – Но ты, Стай, конечно, дурная, как будто и не женщина... Тебе бы смириться, подчиниться для вида, да и вертеть им как вздумается – мальчишка-то беззлобный, щедрый, ласковый, за ним бы любая пошла. Так нет ведь, нашёл ту, что со всем миром поругается, но не уступит!

– А с чего вдруг я должна уступать? – возмутилась я. - Это ему втемяшилось именно меня в шатёр затащить, а я не держу, не нравится – пусть проваливает! Вот берёт свою любую и проваливает.

Тармир в ответ снова рассмеялся, покачал головой, утёр слезу в уголке глаза.

– Да-а, дела! Не живётся вам тихо-мирно, – протянул он весело. Потом помолчал пару секунд и, посерьёзнев, добавил: – Только, Стай, зря ты всё вот это. После сегодняшнего он точно не успокоится. Дурное скажу, наверное, а только тебе и впрямь спасать его не стоило, если совсем отвадить хотелось. А то, может, уймёшься и станешь детишкам имена придумывать, а? Вон и Микара порадуешь... Ишь, как глазами сверкает! Ну не сердись, я так, советую.

– Я что-то такое предполагала, - поморщилась я недовольно. – Но неужели и правда никакого способа нет? Кирин-то он так не преследовал!

– Сравнила, конечно, – хмыкнул гость. – Во-первых, он тогда совсем мальчишкoй был ещё,только-только звериный дух укротил. А во-вторых, у Кирин Ρангар был, тут даже Чингарово упрямство сломалось. Тебе же... Извини, конечно, но ты не красавица-умница, чтобы все мужчины кругом головы теряли. То есть как целителю тебе цены и правда нет, да только...

– Не мучайся, я и так поняла, - отмахнулась от его неуверенного бормотания. - По вашим меркам я бледная, мелкая, страшненькая, да еще и буйная. Вы на мой взгляд тоже не красавцы, это нормально. От безысходности кто-то, может,и позарится, а вот с Чингаром за такой подарок бороться – дураков нет. Одно непонятно, ему-то я на кой так сильно понадобилась?! Правда, что ли, азарт в задницу клюнул... Малявка блеклая, а наглости на пятерых, – вздохнула я тоскливо. – Взялся же на мою голову, ох-хотничек. И впрямь, хоть убивай!

Мужчины слушали меня с интересом, а под конец переглянулись заговорщицки, понимающе, насмешливо: не верили, что я всерьёз.

Правильно не верили. Что бы я ни говорила и как бы ни ругалась, а не смогла бы просто так пойти и лишить жизни вождя или любого другого инчира. Самозащита, война, вспышка эмоций – да, но не хладнокровно перерезать горло раненому, который к тому же не причинил мне никакого действительного вреда. Я маг крoви, зелёна мать, и меня слишком хорошо выдрессировали! Я знаю, какова смерть на вкус, цвет и запах,и именно поэтому не смогу сознательно кого-то обречь на эти чувства.

Да мне проще себя убить! Почти никакой разницы с любым ритуалом,только нужно расслабиться и закрыть глаза, позволить сердцу остановиться. Больно, противно, но – просто.