Медленно отступая на бак, повернувшись вполоборота, я краем глаза все время посматривал на дверь каюты, дожидаясь появления главного хитреца, и, как только увидел в проеме размытый силуэт, метнул второй нож. Бедолага, так ничего и не понял. Еще не проморгавшись и не привыкнув к яркому свету на палубе после темноты трюма, он получил смертельный удар в центр груди, но по инерции движения все же вывалился из двери, сжимая в руках лук и стрелы.

Здесь, видимо оценив обстановку и решив, что не все идет так как надо, народ на кормовой надстройке наконец-то решился на активные действия. Капитан в синем халате прокаркал приказ четверым игрокам в кости, которые уже давно, как застоявшиеся кони, переминались с ноги на ногу. Приготовив оружие, эти бойцы с нетерпением ждали сигнала, чтобы ввязаться в драку. Получив команду, отборная четверка, перепрыгивая через ступеньки, ссыпалась с надстройки, выстроилась клином и сплоченной группой сделала первый шаг в мою сторону. Ощутив фланговую поддержку, практически синхронно с ними, шаг в мою сторону сделала и вторая пятерка.

В руководстве для стратегов 'Искусство побеждать' этот маневр называется охват танковыми клиньями. Но оказаться в котле мне как-то было не с руки. Поэтому, бросив меч в ножны, я в три прыжка оказался на баке и вырвал из мертвых рук хитреца лук и стрелы. Не дожидаясь пока пираты поймут и оценят сей маневр, начал стрелять из лука, практически не целясь. Побив все рекорды скорострельности.

К сожалению, в мертвой руке лучника имелось только шесть стрел, но и этого оказалось достаточно, чтобы полностью уничтожить ближайшую пятерку и последней стрелой поразить центрового во второй группе. Тем самым я устранил возможность борьбы на два фронта и существенно расстроил ряды наподающих.

Споткнувшись о труп, оставшаяся в живых тройка, снова перестроилась клином, вытолкнув вперед самого отважного и… отступила назад. А я скользнул к еще шевелящимся бандитам из перебитой пятерки. После чего стал подхватывать их теперь уже бесхозное вооружение и переправлять в подарок, оставшейся тройке пиратов, вкладывая в броски максимум силы и сноровки. После четвертого броска удалось надежно успокоить всех. Причем, двоих пришпилить мечами к бортику корабля, проткнув их ниже пояса. Они так и остались стоять, ухватившись руками за клинки… Очень пикантно и несколько двусмысленно.

Теперь осталось закрепить достигнутый успех и прирезать главных действующих лиц. Подхватив с палубы метательный нож, поигрывая им и по наглому улыбаясь, я направился на корму.

Подойдя к кормовой надстройке, остановился, задрал голову и демонстративно стал рассматривать двоих функционеров братства Безруких. У одного из них левая рука отливала серебряным блеском. У второго вместо левой руки имелся золотой протез. Инвалиды, мля. Оба носили свободно распахнутые халаты с длинными широкими рукавами. Халат у Золотого протеза был красного цвета. Серебряная рука носил темно-синий.

Главари клана Безруких тоже разглядывали меня не без интереса. Я бы даже сказал, с некоторой долей брезгливости, как на некое надоедливое насекомое. Затем они посмотрели друг на друга, Золотой кивнул Серебряному и, как у фокусников, в руке у каждого оказалось по метательному ножу, которые они и метнули в меня абсолютно синхронно. Чтобы уклониться от этой атаки, пришлось присесть и спарка ножей прошла впритык с моей головой.

Скосив глаза за спину, отметил, - оба клинка вошли в палубный настил по самые рукоятки. Броски сделаны безукоризненно по точности, аномально сильными руками. Свой нож я кинул из неудобного согнутого положения, целясь в правое плечо Серебряному.