Освободив от финансов все свои карманы, наконец, вырвался от фанатов. Подобревший душой, после общения с интересными людьми, вернулся в храм. Теперь можно приступать к инспекции отделений храма Богов Света и Тьмы. Всего их имелось двенадцать. Четыре я уже удостоил своим присутствием. Осталось восемь.

На следующий день переоделся, еще раз проверил комплектацию и перенес снаряжение поближе к Воротам. Как попасть на нужные объекты, я понял недавно. Это оказалось достаточно просто - на раме зеркала Ворот, компактной кучкой, в виде маленьких белых точек диаметром около пяти миллиметров хранились замороженные координаты одиннадцати порталов. Нужно только ткнуть пальцем. Что я и сделал. Наугад.

На экране появился стандартный зал храма с постаментом. Я открыл Ворота и шагнул на вершину. Сделав вдох, понял - храм стоит в махровом сосновом бору. Только в нем, в жаркий полдень толстая подстилка из упавшей хвои, дает такой головокружительный аромат. Я чуть было не застонал от наслаждения. Все-таки хорошо жить на первобытной планете, где в принципе нет и не может быть бензинового и прочего дерьма в воздухе, даже в малых объемах.

Судя по легкому головокружению, в меня в процессе перехода впихнули очередную порцию местных языков. Видимо, здесь применимы диалекты ранее мне незнакомые. Рыкнув, чтобы прочистить горло, я попытался матюгнуться на новом языке. Получилось нечто, с явным упором на змеиное шипение - пши, пши. Что-то похожее я раньше слышал и, кажется, где-то в Восточной Европе…

Козленочком соскочив с пьедестала, легонько щелкнул по бронзовому диску. В ответ он очень деликатно подал голос - Черный идет. Вот так, экспериментально, я рано или поздно добьюсь полного соответствия звукового оформления своим эмоциям при выходе.

Поплутав по лабиринту, вывалился из главного входа и огляделся. Храм стоял на небольшой поляне в лесу. Лес был удивительным. Лучше всего к нему подходило слово - реликтовый. Он представлял собой скопище сосен необъятных размеров. Даже на первый взгляд толщина подстилки из упавшей хвои с редкими вкраплениями хилых низеньких кустиков, составляла сантиметров двадцать.

Лишь на поляне, где размещался храм, росла трава, а точнее ровненький футбольный газон изумрудного цвета. И размером этот пятачок составлял от силы метров сто в обе стороны от храма. По всему чувствовалось, храм построен в предгорьях, хотя сами горы, из-за высокого леса не видны.

Я сел на ступеньки и с пафосом произнес.

– Нарекаю это отделение храма - 'Сосны'.

Определившись с названием, стал ждать. Мои адепты должны услышать сигнал и в соответствии с правилами внутреннего распорядка прибыть без промедления для доклада и покаяния со слезами на глазах.

После пяти минут ожидания заскучал, через десять начал волноваться. Что-то не так. Никто не бежал сломя голову и не посыпал голову пеплом из-за промахов в работе и регламенте. Я подумал было рассердиться и проявить свой гнев, а, как известно, гнев мой ужасен, но понял, что, скорее всего, оказался в 'Соснах' в очередной раз неслучайно и здесь нужны не эмоции, а конкретная помощь. Вздохнул, поднялся на ноги, подхватил вещички и направился по мощеной тропинке, петляющей между сосен.

Буквально через двести метров вышел к верхнему поселку. Он состоял всего лишь из трех домиков. Судя по вытоптанной траве, две избушки должны были быть жилые и я двинулся к ним.

На пороге первого домика увидел, лежащую пластом, лицом вниз фигуру человека. Подойдя вплотную, наклонился и проверил пульс. Человек в стандартном плаще жреца умер, но произошло это недавно - труп еще не успел остыть.

Осторожно перевернув на спину, поразился степени его худобы. Может жрец болен раком и тот съел его подчистую или он долго голодал и умер от истощения? А может еще какая болезнь.