Теперь главное время. Гонки на выживание.

* * *

Тараканы

Генералу Тараканову казалось, что он спит и видит дурной сон. Как-то не так развивались события. Было паскудное ощущение, что он теряет контроль над происходящим. Нечто подобное случилось с ним много лет назад, зимой, на скользкой, обледеневшей горной дороге. Автомобиль занесло и начало мотать по дороге. Василий бил по тормозам, отчаянно крутил руль, матерился, но всё было напрасно. Машина не слушалась руля, её сорвало в неконтролируемый занос, и Вася вдруг почувствовал себя совершенно беспомощным. Тогда пронесло.

Нечто подобное генерал Тараканов ощущал и сейчас. Самое главное, Василий Мефодьевич не мог понять, что происходит.

Поначалу очередная афера с захватом чужих активов шла как по маслу. Верный Санчо Панса, майор Одувалов, получив от шефа команду, развил бурную деятельность. Сфабриковал уголовное дело по скользкой статье, арестовал главного фигуранта, и никакая крутая охрана тому не помогла. Шалишь брат, здесь мы хозяева, а ты, если хочешь жить, плати и молчи в тряпочку.

Затем владельца вожделенного Торгово-развлекательного комплекса поволокли в СИЗО, где по отработанной схеме его должны были встретить с распростёртыми объятиями дружки-уголовники. Ну и в соответствии с их зековскими понятиями, учитывая поганую статью о взломе мохнатого сейфа, опустить бизнесмена. После чего физически и морально раздавленный человек, с выбитыми зубами и порванной на британский флаг задницей, готов будет пойти на любые соглашения и подписать любые документы.

А вот дальше, что-то пошло не так.

Начальник оперчасти в СИЗО, разобравшись, кого к ним доставили, наотрез отказался помещать арестанта в пресс-хату. Не помог даже звонок начальнику СИЗО, полковнику Овечкину. Хитрый лис сообразил, что клиент, личность слишком известная в стране. Не сверхмодный артист или певец, конечно, но в светской тусовке свой человек. И общается с очень влиятельными лицами. Как не уговаривал Василий Мефодьевич, но начальник СИЗО упёрся как баран. Сволочь и фамилия у него соответствующая. А надавить авторитетом и должностью не получилось. Системы-то разные. ФСИН милицейскому руководству полуострова не подчинялось.

Так что поместили арестованного в обычную камеру на несколько десятков человек. Майор Одувалов правда подсуетился и сумел громогласно донести до обитателей камеры, что за арестант к ним прибыл и по какой паскудной статье.

Так что этой же ночью этого лондонского денди должны были опустить, уже на общественных началах. Но тот, падла, как-то выкрутился. Стали копать, и генерал выяснил, что недооценил жертву. Оказалось, что Извольский не только карточный король и бизнесмен, но и весьма авторитетный в уголовных кругах человек — честный фраер. Не вор в законе, конечно, но весьма уважаемая каста в воровской иерархии.

Опускать такого без решения авторитетных людей, чревато серьёзными последствиями. Могут спросить. А могут и не спросить, это зависит от того, кто в этом заинтересован. Но риск по-любому есть. А здесь как раз было кому спросить. Извольский лично знал многих законников, и те относились к нему весьма по-дружески.

Мало того, Извольский был деловым партнёром и приятелем Китайца. А тот, несмотря на молодость, стремительно набирал авторитет в воровском сообществе. На расправу был крут, бойцов в его распоряжении было вагон и маленькая тележка. Включая таинственные бригады московских киллеров, о которых ходили самые невероятные слухи и дружественных боевиков крупного чеченского клана, которых хлебом не корми, дай пострелять, всё равно в кого. В общем, как говорится: «на фиг, на фиг, сказали пьяные гости». Арестанты в камере затаились и ждали, чем закончится дело.

Если бы было время, может майор Одувалов, чего бы и придумал. Сумел бы подобрать и запустить в камеру к фигуранту нужных зеков, которым терять нечего.