— Батя отключил выход на межгород… говорит, разориться можно…

— Охо-хо-хнюшки хо-хо… — снова вздохнул дядя. — Ладно. Пойдёмте чай пить. Надо подождать, как стемнеет, отдохнуть как следует. Ночью поработать придётся.

Мы вышли на кухню. Дядя набрал воды в эмалированный чайник и поставил его на плиту. Потом насыпал заварки из пакетика в фаянсовый заварник.

Серёжа явно нервничал, то и дело поглядывая в сторону коридора, где лежали трупы. Я же был спокоен: Антон Семёнович ведёт себя уверенно, значит, знает, что делать. Значит, и мы не пропадём. В конце концов, во время и после Катастрофы я бывал и в куда худших ситуациях.

— А ты молодец, — дядя обратился ко мне. — Воевал, да? После Чечни поступил?

— Нет, — я отрицательно помотал головой.

— Нет? — удивился дядя. — Ведёшь себя очень уж спокойно. От природы такой?

— Да у нас и в Подмосковье иногда не лучше, чем в Чечне вещи творились… — ответил я.

— Да-да, наслышан, — кивнул дядя. — В общем, дело такое: от тел мы тут не избавимся. Братва из Днепра достанет, если у берега топить. А лодки у меня нет. Так что придётся за город ехать, хоронить.

— Ясно, — кивнул я.

— В зону, — добавил дядя. — Потому что туда менты копать не поедут, а братва не найдёт.

— В зону — это в Чернобыльскую? — уточнил я.

— В неё, родимую, — кивнул дядя.

Я посмотрел на Серёжу. Тот округлил глаза и едва заметно пожал плечами.

— А туда разве просто так можно проехать? — спросил я.

— Просто так? Нет, конечно, — ответил дядя. — Но я не абы кто. Тебе Серёга про меня что, не рассказывал?

— Ну так, в общих чертах… — дипломатично ответил я.

— Простому человеку туда не попасть никак, — сказал дядя. — Но это формально. Самосёлы вон как-то вернулись. А в последнее время новое поветрие: иностранцы бешенные баксы готовы платить, только чтобы сделать пару фоток в Припяти. Ну и некоторые из наших ведутся — деньги сейчас всем нужны.

— Делать людям нечего… — пробормотал Серёжа.

— Бесятся от жира, — Антон Семёнович пожал плечами. — Життя там, на Западе, больно сытое. Делать нечего, от скуки помирают, вот и…

— Кто это был? — решился спросить я, кивнув в сторону коридора. — Есть догадки?

Дядя посмотрел на меня испытующе. Потом улыбнулся и ответил:

— А как же! И не только догадки. Знаю я их. Ребята Бугая.

— Бугая? — переспросил я.

— Да зачем тебе наши внутренние расклады?.. — начал было дядя, но потом вдруг почесал в затылке и передумал: — Хотя пригодится. Чтоб ты знал, кого вы с Серёгой порешили.

— Дядь Антон, это не мы! — Серёжа всплеснул руками.

— Да детали тут не имеют значения! На вас наехали? Наехали. Потом трупами оказались, так? Значит — вы. В общем, это люди Игорёши Бугая. Ждал я их на неделе, подготовился, как видите. Специально дверь открытой оставил — чтобы замок не выбивали, а то менять больно уж не хотелось…

В этот момент на плите закипел чайник.

— Серёжа, будьласка, залей заварку, а? — попросил Антон Семёнович, потом продолжил: — Значит, этот хмырь выдумал хитрую схему. По бартеру закупал туркменский газ, расплачивался продуктами, а у нас получал твёрдую валюту. Ущерб даже посчитать сложно. Сотни миллионов зелёненьких… сейчас вон, помощником президента устроился, по протекции, хотел новый контракт протолкнуть. До этого в Раде заседал. Дал в наш НИИ на экспертизу новый контракт, по газовым делам.