|
Оказалось, что источник излучения появился совсем рядом – в трех шагах. Костя повернул по азимуту гатлинг ГШК-6 и, дав короткую очередь, побежал в противоположную сторону. Если бы не паника «титана», он не стал бы стрелять, проскользнул бы невидимкой. Но «титан» четко и однозначно просигналил, что надо стрелять. Может быть, «богомол» заметил Костю и приготовил оружие, а «титан» уловил это? Плохо, плохо, думал Костя, ох как плохо. «Титан» благосклонно отозвался на его действия, сжав в детекторе движения проекции сиреневых дочек до нуля. Попал я, обрадованно подумал Костя, попал точно в излучатель, и лишь только вздохнул с облегчением, как вдруг справа и слева возникли сразу четыре объекта и скачками двинулись к нему. Костя, громыхая на всю вселенную, рванул к лавке «Мавзолей». Потом уже понял, что, даже если бы он туда добежал, шансов у него не было никаких. Он уже видел знакомые ступени, ведущие к «Мавзолею», и вроде бы даже туи и елочки у красной стены, и тут его словно обдало ветром, и если бы не интуитивный шаг в сторону, все кончилось бы в мгновение ока. Костя ткнулся в то, что Захарыч называл стеклянной стеной, которая тихонько гудела, как трансформатор. Кремлевская Зона закрылась наглухо. А к нему уже бежали со всех сторон: и со стороны Исторического музея, и со стороны Васильевского спуска, и от ГУМа цепочки «богомолов». Они даже не стреляли, уверенные в своей силе, и радостно переговаривались: – Ну вот же он вот… я же говорил… – Где, где? – На мостовой… – Такой мелкий?! – Наконец-то, а то у меня нога совсем отпадает… – Да я… да мы его сейчас!.. – Хорошо бы за него пожрать дали. – Кому чего, а вшивому – баня, – прокомментировал кто-то начальственным тоном, и «богомол», который все время жаловался, замолк. Вот тогда-то «титан» и выдал все, к чему был предназначен. Казалось, до этого он берег свои резервы, а здесь вдруг «вспомнил», что у него есть даже карта местности. Костя наконец увидел, где он находится – действительно напротив канцелярской лавки «Мавзолей». Неожиданно для самого себя Костя побежал с такой скоростью, что оставил позади «богомолов», перепрыгнул один танк Т-134, другой, третий, затем – Лобное место и понял: первое – что его отжимают от Кремля, второе – что при такой скорости он не попадет на спуск и неизбежно врежется в собор Василия Блаженного, но самое главное – энергия «титана» стремительно таяла. Ее осталось-то всего сорок пять процентов – как раз до спуска, а там можно было спокойно лечь и умереть. Нет, так можно бегать только в экстренных случаях, вовремя сообразил Костя и упал, распластавшись за Лобным местом. Дальше бежать было некуда. «Титан» отозвался тихим стоном, включил тепловизор и электронный прицел. Васильевский спуск был перекрыт. Варварка – тоже. «Анцитаур» глубокомысленно молчал. Или испугался, или не принял решения, что делать. Впрочем, у Кости почему-то было предчувствие, что все кончится хорошо, только он не знал, каким образом, а главное – когда. – Черт! – выругался он и почти в упор выстрелил в «богомола», бог весть почему оказавшегося ближе всех. Пора отвыкать от иждивенчества, а полагаться только на себя, отстраненно думал он, азартно поводя стволом. Чтобы свалить «механоида», пришлось извести четверть ленты, благо ГШК-6 стрелял быстро. «Богомол», однако, не рухнул, а, схватившись за голову, отвалил влево и поплелся, как сомнамбула, в сторону стеклянной стены. Самое интересное, что он беспрепятственно прошел сквозь нее. Сейчас окружат и забьют, как мамонта, думал Костя, ловя в электронный прицел очередного «богомола». |
