|
Его длинная, как у бультерьера, морда, несмотря на стальные пластины, аккуратно подогнанные друг к другу, выражала крайнюю степень усталости и отчаяния. – Ага… – удивился Костя. Это кто ж такой хитрый? Он привык, что Зоны – это непостижимое, вне человеческой логики, что ловушки сами по себе, а сталкеры сами по себе. И так до самого выхода, а здесь кто-то просто нанял солдат. – А кто нанял-то? У него даже перехватило дыхание и тревожно забилось сердце: сейчас он узнает тайну тайн, а дальше пусть сам генерал Берлинский разбирается и решает, бомбить или не бомбить, пулять ракетами или не пулять. Это уже не мое дело. – Не знаю, – печально ответил Амтант, дожевывая второй пирожок. – Нами капитан Бухойф командует. На это раз пирожок был с ливером. Амтант долго смаковал его. Косте еще сильнее захотелось есть. – Понятно, – разочарованно вздохнул он. – Ну, а ты чего? – Чего?.. – удивился Амтант. – Я ничего… Больной… вот… локоть… колено… – завел он старую песню. Костя едва не поморщился, побоявшись, однако, что обидит своего нового знакомого. – Ничего, я тебя вылечу, – пообещал он с дальним прицелом. – Не дрейфь! – Я не дрейфлю, мочи нет… – И много вас? – спросил Костя, чтобы увести мысли «богомола» в другое русло. Амтант вдруг дернулся и насторожился, прислушиваясь к себе. – Вызывают… – со вздохом сообщил он. – Приказано собраться на площади. Ну, я пойду?.. – Иди… – согласился Костя, – раз приказали. – Я бы остался… – признался Амтант, – да капитан сердитый… бить будет… – Иди-иди… – сказал Костя. – Дальше я сам. Его тревожила тишина внутри Кремля. По идее, здесь все должны стоять на ушах и уже подбираться к нему со всех сторон, но на Ивановской площади, которая виднелась сквозь деревья, все было чинно и благородно, как будто она не была сердцем таинственной Зоны. Костя даже засомневался: туда ли попал? Может, генерал Берлинский капитально ошибся и нет никакой Кремлевской Зоны? Чепуха какая-то, решил он. – Это вам… – Амтант, потупясь, совсем как человек, снял с левой руки и протянул Косте один из «пермендюров». На его руке он казался небольшим, можно сказать соразмерным телу «механоида», а в отстегнутом виде оказался метра полтора длиной. – А как этой штукой пользоваться? – Вот так рукой возьмете, нажмете на рычаг – и стреляйте. – Ага… – согласился Костя, приноравливаясь к странному оружию. Для человека оно было явно большим. Разве что только повесить на шею, как гатлинг ГШК-6, подумал Костя, и то большое, и вспомнил, как в него стреляли со всех сторон – неточно, но очень и очень мощно. Выгода от мощности оружия перевесила все сомнения – брать, не брать? – Беру! – обрадовался Костя. – Стоящая вещь! А ты? – Скажу, что в бою потерял. И вот… – Амтант, безмерно стесняясь, протянул блестящую вещичку. – А это что? – Ультразвуковой свисток, настроенный на мою частоту. Свистните, я сразу явлюсь. Руки у него были стальными, четырехпалыми, с уплощением на кончиках пальцев и, естественно, с присосками. Уж не «жабаки» ли его лепили по своему подобию? – поразился Кости. Странно, очень странно. Интересно, экзокомбез все записывает? Вот генерал удивится. – Ты молодец! – похвалил он Амтанта. – Ну, я пошел?.. – Иди-иди… – Вы только о масле не забудьте, а то колено болит… солидол тоже подойдет… а лучше всего часовая смазка, потому что очищена и без включений… – Не забуду, не забуду, – пообещал Костя, плохо представляя, где он возьмет машинное мало, солидол или часовую смазку. |
