|
– Я тоже так думаю, – согласился Костя. – Но в Зонах может произойти все что угодно. На то они и Зоны. Он не стал рассказывать, чего навидался в Чернобыльской Зоне, и подумал с облегчением: хорошо, хоть здесь ловушек нет. Хотя, может, все впереди? – Пожуй лучше, – сказал майор, передавая хабар-кормилец Косте, – а я посплю. Буди, если что, – И завалился на тот бок, где у него был целый рукав. «Пермендюр» он положил рядом с собой, прикрыв его куском полиэтилена из мусорной кучи. Костя уже заметил, что майор Базлов с любовью относится к оружию. Теперь картина из пазлов, которую он собирал, приняла несколько иной вид. А вдруг я сам участвую в чьей-то хитроумной игре в качестве пазла? Вдруг кто-то могущественный учитывает мою судьбу, экзокомбез «титан» и генерала Берлинского, да и вообще всю обстановку в стране? Ведь может так быть? Может, хотя бы чисто теоретически. Что же это за Зона такая хитрая, которая думает за меня? Он «надел» шлем и прислушался. Гул был тут как тут, рядом и в то же время далеко-далеко. Усилитель звука типа «нетопырь» ничего не мог поделать – ни взять азимут, ни усилить до необходимого уровня, словно ему не хватало мощности. Гул специально рассеян, сообразил Костя, кто-то его маскирует. «Титан» исправился и замкнул схему туннелей. Детектор движения молчал. Его сиреневые точки слились в одну крохотную и были сдвинуты на периферию поля зрения. Индикатор мощности застыл на двадцати пяти процентах. Он давно уже не рос и не уменьшался, и Костя не знал, радоваться ему или огорчаться по этому поводу. Фонарики постепенно стали гаснуть. И только один – на груди – перешел в режим ночного бдения. Усилитель зрения, наоборот, проснулся, и мир стал зеленоватым. Лабиринт наполнился вязкой тишиной, только гул никуда не пропал. Костя стал задремывать. Ему вдруг привиделось огромное лицо «богомола». «Достань мне машинного масла, – просило оно, – достань… Христом Богом прошу… колени болят, ох как болят…» – «Где же я его тебе возьму? – оглянулся Костя. – Здесь одни голые стены». – «А ты посмотри наверх». Костя посмотрел наверх и увидел луну – тонкую, как ободок консервной банки. Луна была очень странной. Она висела не как обычно, под углом, а сверху – прямо над головой. Костя открыл глаза, словно не спал, и сказал: – Майор, вставай… слышишь?.. – А?.. Что?.. Где мы?! – вскочил Базлов и, кажется, ударился головой, потому что ойкнул. Экзокомбез «титан» тоже ожил и включил фонари на полную мощность. Усилитель зрения, наоборот, отключился. Майор, щурясь, смотрел на Костю. В его глазах читался укор: не дал поспать. Должно быть, ему снилось что-то очень приятное, потому что несколько секунд лицо его было расслабленным и добрым. В следующее мгновение майор вспомнил, где он находится и по какому поводу, и лицо его приняло прежнее жесткое выражение. – Там… – сказал Костя и потыкал пальцем вверх. – Там… Он и сам не знал, зачем разбудил майора, разве что рассказать о глупом сне… Но над головой действительно темнел люк, который они не заметили. А по краю люка шел ободок света, который Костя принял за луну. Глава 8 Первая тайна Кремлевской зоны Чугунная крышка отлетела с таким грохотом, что даже абсолютно глухому человеку стало бы ясно, что они нашли выход из древнего лабиринта. Напоследок майор оттолкнулся от Костиных плеч и исчез. Костя подождал, вглядываясь в яркий свет круга. – Эй… – позвал он негромко. Но Базлова и след простыл. Тишина стояла гробовая. Костя слышал, как кровь бежит по телу, а еще где-то капала вода, даже гул сделался тише, словно провалился в глубь земли. |
