Удар твари со свистом рассёк воздух в том месте, где находился Айден, оставляя после себя чёрный след энергии разложения. Мысленным усилием он призвал все оставшиеся у него струны массива, но смог лишь на чуть-чуть замедлить разбушевавшегося главаря и ненадолго отвлечь его.

«Хвос! Проклятый монстр!» — выругался мысленно Айден, уже понимая, что не выйдет у него сегодня ограничиться способностями Звука и умениями простого пути меча.

Без помощи той же гармонии меча или других его основных способностей, которых у Айдена было не то чтобы очень много, он слишком сильно рисковал получить серьёзные ранения, а то и чего похуже. И это, мягко говоря, было очень неприятно.

Следующий рывок изменённого практика он чуть было не прозевал. Лишь благодаря собственной скорости реакции получилось вновь в последний момент среагировать, создав самую обычную технику основания и принять удар врага на клинок. В отличие от той же Нарисы, у Айдена эта способность была самой обычной, одной из немногих, которую не нужно было скрывать.

Артефактный меч без проблем выдержал атаку твари, а вот руку парня чуть не вывернуло из сустава, настолько сильный был удар — даже укреплённое в течение нескольких лет тренировок и высшей духовной алхимии тело оказалось не способно до конца остановить урода.

Айден, не обратив внимания на внезапную вспышку боли, тут же взмахнул клинком, отчего левая рука и часть плеча изменённого тут же покрылись кровью. Метеоритным клинком, пускай и с некоторым трудом, но всё же получилось пробить уплотнившуюся кожу и защитную сущность монстра.

— Ра-а-а! — рёв, полный боли, разлетелся по всему залу, заставляя пленников бандитов падать без сознания.

На какие-то мгновения монстр отвлёкся, позволяя Айдену мгновенным шагом разорвать дистанцию и оказаться рядом с всё так же лежащим на своём месте футляре с цитрой. Раз уж такое дело, и он решил, что старик не заинтересуется техниками звука, завязанными на таланте, можно пойти и дальше. Иначе пробить урода не получится, уж очень крепкая у него шкура.

Рядом появилась Талия, которая эти мгновения столкновения с изменённым старалась находиться под прикрытием Айдена. Вот уж кому удавалось не привлекать к себе лишнего внимания со стороны врагов — сказывались навыки гильдии, не иначе.

Одновременно с этим подзабытая на время беловолосая напомнила о себе. Нариса в буквальном смысле оказалась охвачена ярким пламенем, которое и не думало задевать её саму и одежду на ней. Без всяких раздумий она бросилась на здоровяка, в ярости обрушивая на того каскад невероятно мощных и очень быстрых ударов.

Её маленькая фигурка стремительными вспышками появлялась рядом с крутящимся на месте главарём, обрушивая на того сокрушительные огненные атаки, которые даже в душе Айдена отдавались гулкими, яростными взрывами и очень походили на каскадные техники мастеров огненных концепций, с которыми парню приходилось сталкиваться последние годы во время тренировок внутри иллюзорных массивов храма Дракона.

Стоящая возле Айдена Талия использовала какую-то вариацию ручных печатей, складывая их с впечатляющей для её уровня и силы скоростью. В сторону монструозного практика тут же улетели сформировавшиеся словно бы из пустоты чёрные стрелы, оставляя за собой полосы медленно истлевающей тьмы. Жаль только, это мало что изменило — изменённый небрежным взмахом руки отбросил эти стрелы и продолжил рубиться с Нарисой.

Что же до Айдена, то он на время выпал из реальности, прикоснувшись к струнам цитры и вливая в неё почти половину своего запаса духовной энергии. Мастер павильона Звука постоянно повторяла, что техники цитры, да и любого другого музыкального инструмента по-настоящему раскрываются лишь, когда есть время на исполнение техники-мелодии, особенно сложной.

В этом была самая большая слабость и одновременно сила техник Звука.