— Где Саймон? — Проницательный взгляд ощупал сквозь капюшон мое лицо.

— Заболел, миледи, — почти не разжимая губ, пробормотал Томас.

— Прикройте за собой дверь, — велела она, делая шаг вперед. — Нужно убедиться, что вы правильно поняли все инструкции. Стойте на месте, Бартон, — бросила она в сторону слуги, который явно намеревался встать между нами.

— Миледи! — запротестовал он.

Я огляделся по сторонам, все еще чувствуя на себе цепкий взгляд леди Элинор.

— Будьте добры, друзья мои, откиньте капюшоны, — так же мягко попросила она. — Все мы стараемся соблюдать осторожность и не открывать лишний раз свое лицо, но в этом доме доверяют друг другу. — София! — позвала она, полуобернувшись.

Открылась маленькая дверь восточной башни, и София Андерхилл выступила навстречу леди Элинор как раз в тот момент, как Томас, бросив на меня предостерегающий взгляд, драматическим жестом откинул капюшон. София слегка вскрикнула, отвернулась от Томаса, руки ее поднялись, непроизвольно зажимая рот. Я нехотя последовал примеру Томаса и тоже откинул капюшон — лицо девушки исказилось от удивления и ужаса.

— Бруно? — еле выговорила она; в глазах ее было смятение. — Как вы попали сюда? Вы и Томас?

Я отметил, что хозяйка шагнула вперед и жестом поманила к себе слугу по имени Бартон. Лицо леди Элинор оставалось спокойным, как будто она была готова к любому повороту событий.

Прежде чем я успел ответить Софии, она вновь обернулась к Томасу:

— Томас, я знаю, что ты вообразил, но ты ошибаешься. Если ты правда меня любишь, позволь мне уехать. Пожалуйста! — добавила она, и голос ее слегка дрогнул: она поняла, что уговорить Томаса не удастся.

— Кто эти люди, София? — уже не так мягко спросила хозяйка. — Они вам знакомы? Они хотят задержать вас?

Томас обернулся к леди Элинор и отвесил ей короткий поклон.

— Леди Толлинг, мы отвезем Софию к ее родителям, которые до смерти напуганы ее исчезновением. Если она сейчас без всякого сопротивления поедет с нами, никаких больше вопросов к вам не будет.

— К ее родителям, которые угрожали ей смертью за ее веру? — Леди Толлинг не повышала голоса, но взгляд, которым она окинула Томаса с ног до головы, мог ошпарить не хуже кипятка. — Не пытайтесь обмануть меня, молодой человек.

— Вас уже обманули, леди Толлинг, — с безукоризненной, хотя и явно угрожающей вежливостью парировал Томас. — Мистрис Андерхилл забыла вам сообщить, какая причина столь поспешно заставляет ее покинуть Англию.

— Томас, замолчи! — бросилась к нему София, в ужасе простирая руки. — Ты сам не ведаешь что творишь. Не становись у нас на пути, ничего, кроме беды, из этого не выйдет. Ты ничего не добьешься, а нас погубишь.

Высокий слуга Бартон шагнул к Томасу, но тот встретил его спокойным взглядом и вновь обернулся к Софии. И вдруг он совершенно неожиданно расхохотался, запрокинув голову, словно больше не мог сдерживаться.

— София, София! — ласково, будто непослушного ребенка, укорил он ее. — Какую ложь ты скормила этим добрым людям? Убедила леди Толлинг помочь тебе скрыться во французском монастыре? Мол, родители со свету сживают за обращение в старую веру?

София побледнела, лицо ее застыло, и впервые я увидел в ее глазах настоящий, безысходный страх. Она оглянулась на хозяйку дома, словно ища у нее защиты, ноги девушки задрожали, и я шагнул вперед, чтобы подхватить ее, но Бартон тут же, свирепо оскалившись, заступил мне дорогу. Я заметил в его опущенной руке оружие, кажется, это была кочерга.