14

Среднего роста, с прямыми каштановыми волосами и открытым живым лицом, молодой человек, завидев Анайю, пришел в какой-то щенячий восторг и тут же протянул ей руку:

– Доброе утро! Вы мисс Кодари, не так ли? А я – Бенджамин Кларк, зовите меня просто Бен, если у вас тут разрешается обращаться друг к другу по имени.

Анайе американский акцент всегда казался странным, но приятным на слух. В ее глазах он делал американцев наивными и ранимыми – характеристики, которые они сами ненавидели, поскольку привыкли считать себя решительными и независимыми. Акцент подходил Бену значительно в большей степени, нежели его галстук, съехавший куда-то набок.

– Привет, Бен, рада познакомиться. – (Его рукопожатие было в меру крепким, но слегка влажным.) – И у нас можно называть друг друга по имени, за исключением больших боссов. Поэтому зови меня Анайя.

– Зови ее Най – так ей больше нравится, – вмешался в разговор Эндрю. – Привет, Бен, я – Эндрю.

– О, привет! – И, радостно улыбаясь, молодой человек с энтузиазмом потряс руку Дэвису.

– Пойдем, – сказала Анайя. – У тебя отличные рекомендации. Второй на курсе. Молодец!

– Вы это моей маме скажите, – округлив глаза, сказал Бен. – Каждый День благодарения она сетует, что я так и не смог стать лучшим на своем курсе.

– О да, наши родители всегда чем-то недовольны, – сказала Анайя. – Вещи можно оставить в офисе, пока я проведу для тебя небольшую экскурсию.

– Мне кажется, я просила вас выспаться, – строго сказала она.

– Я спал.

– Саймон…

Он зло посмотрел на нее:

– Не надо… Просто не надо, прошу вас. Я сделал все, как вы мне велели: поехал домой на корпоративной машине, принял душ, поел, написал письмо и лег спать. И очевидно, проспал.

Доктор Бибо побледнела:

– Вы не отправили…

– Нет, конечно, я не отправил это чертово письмо. Еще раз повторяю: я выполнил все ваши предписания.

Саймон плеснул молоко в чай и сделал большой глоток. Знакомый с детства вкус, как всегда, произвел на него свое магическое действие, хотя чай уже успел немного остыть. Хэтэуэй взял тост. Виктория молча наблюдала за ним.

К ним подошла высокая блондинка.

– Чай достаточно горячий, сэр? – спросила она.

– Да, все хорошо, – рассеянно произнес Саймон. Женщина кивнула и отошла. Хэтэуэй тихо сказал: – Простите, я был немного груб…

– Бывало и хуже. Я просто волнуюсь за вас.

– Не стоит. Я буду в совершенном порядке, как только мы поговорим с Риккином. – Виктория опустила глаза. Медленно Саймон положил тост на тарелку. – Что теперь?

– Я звонила его секретарю, чтобы назначить встречу. К сожалению, господин Риккин сегодня занят. Он готовится к поездке в Испанию, и у него встречи идут одна за другой без перерывов.

Хэтэуэй раздраженно бросил на тарелку нож, тот громко звякнул. На него оглянулись.

– Просто прекрасно!

– У нас есть возможность отправить ему письмо. И есть надежда, что у него найдется несколько минут, чтобы взглянуть на него.

Саймон снял очки и долго тер переносицу.

– Все ясно, – сказал он, вновь надевая очки. – Что ж, надо быстро поесть и приниматься за работу.

Как только они нашли меч, то засобирались в обратный путь, но жители деревни упросили их остаться, чтобы они успели очистить меч и сделать для него ножны.