Ты тиран,   заявила Тина, но не стала протестовать, когда он обнял ее и притянул к себе.

  Ты хорошо пахнешь,   пробормотал он, уткнувшись лицом в ее волосы,   как женщина, с которой здорово заниматься любовью.

Тина откинула голову.

  Ты хочешь сказать, что я пахну непристойно?

  Ага,   улыбнулся Эрик.   Ты меня зажигаешь.

  Обоюдно,   ответила она.   Даже при моем ограниченном опыте я бы сказала, что тебе не много для этого нужно.

  Ошибаешься,   обиделся Эрик и, протянув руку, включил душ.   Мне нелегко угодить,   продолжил он под звуки хлынувшей воды.

  В настоящий момент,   медленно произнесла Тина, глядя ниже талии Эрика,   я вполне допускаю, что ты действительно завелся.

  И с каждой секундой завожусь все больше,   признался Эрик с задорной улыбкой.

Он проверил температуру воды и, обвив рукой ее талию, влез вместе с ней в ванну и встал под струи душа.

  Эрик!   взвизгнула Тина, выплевывая воду изо рта.   Ты что, хочешь меня утопить?

  Нет.   Эрик, посмеиваясь, дотянулся до мыла.   Я хочу тебя намылить.

Тина строптиво посмотрела на него.

  Хорошо, но при одном условии,   твердо произнесла она.

  При каком же?   Эрик поднял рыжеватую бровь.

В карих глазах Тины заиграл смех.

  Сначала я намылю тебя с головы до ног.

  Ты ставишь меня в тяжелое положение, у меня нет выбора.   Дурачась, он наморщил лоб.   Но проблема в том, кто это сделает первым?   Эрик удивился тому волнению, которое вызывала в нем эта игра.

  Я.   Тина хотела схватить мыло.

Но Эрик высоко держал кусок в своих длинных руках, так что ей было не дотянуться, и смеялся от нервного возбуждения, когда она касалась его своим мокрым телом. Эрик был сбит с толку столь бурной реакцией   ведь ему уже тридцать три года. После того как за весьма короткое время они были дважды близки, он считал, что будет лежать без движения, совершенно без сил. А он жаждет ее и может все начать снова.

Они намыливали друг друга, и с каждым прикосновением к ее мокрому телу в нем росло желание. Все это казалось невероятным, забавным и... обескураживающим: интересно, причиной тому были обстоятельства, доступность женщины или сама женщина? Не очень решительно Эрик признал, что причиной была именно женщина.

Но и женщина, вся в мыле и оттого скользкая, чувствовала себя замечательно.

Несмотря на малое пространство и неудобную позу, оба они получали наслаждение от этой любовной игры.

  Мне просто не верится,   в смущении призналась Тина.

Мне тоже, подумал Эрик и, обхватив ее за талию, вытащил из ванны.

  Наверно, помрачение ума,   сказал Эрик и, хотя с него самого ручьем стекала вода, стал старательно вытирать голову Тины.

Та пробормотала что то в полотенце.

  Что?   Эрик приподнял конец.   Я не слышу.

  Я сказала, что ты меня задушишь.   Тина вырвала у него полотенце.

  Прости.   Эрик улыбнулся с виноватым видом.

Но на Тину это не произвело никакого впечатления. Бросив на него недовольный взгляд, она обмотала голову полотенцем, наподобие тюрбана. Схватив с вешалки другое полотенце, Эрик стал вытирать ее тело. Но Тина отпрянула, сказав с ошеломившей его резкостью:

  Я сама вытрусь. Не трогай меня.

Не замечая, как на коврик с него стекает вода, Эрик уставился на Тину. Жгучая боль при мысли, что он больше ей не нужен, пронзила его.

  Ты серьезно?   спросил он.