Кроме того, эта пятёрка входила и в Верховный совет Древней ложи Англии, чья деятельность началась не в начале восемнадцатого века, а гораздо раньше. Для большинства масонов Великобритании, Шотландии и Ирландии их история тесно переплетена с Объединённой Великой ложей Англии, которая официально образовалась летом 1717 года, но есть и другая, намного древнее история английского масонства, о которой известно не многим посвященным.

Собравшаяся за столом пятёрка высших сановников Британской империи была из когорты посвященных. Именно они были реальными правителями страны. И сегодня, несмотря на Пасхальное воскресенье, они собрались в этом кабинете, чтобы обсудить последние мировые события и выработать стратегию дальнейших действий британского правительства.

– Брат Генри, вам слово, – произнёс герцог Коннаутский.

Министр иностранных дел 5-й маркиз Лансдаун, он же великий избранный рыцарь Кадош, поднялся со своего места, откашлялся и начал говорить:

– Четыре дня назад, 28 марта 1905 года, статс-секретарь по иностранным делам Германской империи барон фон Рихтгофен из-за нового обстрела с французской территории германских пограничников вручил в Берлине послу Франции Жоржу Бихурду очередную ноту протеста, которая фактически является объявлением войны Германией Франции. В тот же день оба государства объявили о начале мобилизации и привели свои военные флота в боевую готовность. Три дня назад германский посланник фон Вальвич вручил ноту министру иностранных дел Бельгийского королевства барону де Фаверо, в которой сообщил, что германское правительство получило достоверные известия о том, что французские войска намерены выдвинуться на Маас через Живэ и Намюр. Эти известия не оставляют никакого сомнения в том, что Франция намерена вторгнуться в Германию через бельгийскую территорию. В связи с этим германское правительство в ответ на мероприятия врага вынуждена со своей стороны нарушить неприкосновенность бельгийской территории.

Маркиз Лансдаун замолчал, достал из папки четыре листа и, раздав их присутствующим за столом, продолжил:

– Можете, братья, ознакомиться с текстом документа. Барон де Фаверо любезно мне его в тот же день предоставил с просьбой как можно быстрее сообщить ему и его королевскому величеству Леопольду Второго о действиях правительства Британии в случае вторжения в Бельгию германских войск.

Сидящие за столом, кроме министра иностранных дел, углубились в чтение документа.

– Германское правительство обязуется со своей стороны в момент заключения мира по окончанию боевых действий гарантировать королевству его независимость и его владения в полном их объеме, – с усмешкой зачитал граф Селборн. – Вот уж никогда в это не поверю, как и в то, что Германия готова по соглашению с бельгийскими властями покупать за наличные деньги все, что будет необходимо для ее войск, и вознаградить за все убытки, причиненные в Бельгии. Франко-прусская война показала, как германцы платят за то, что им необходимо, и возмещают ущерб.

Первый лорд Адмиралтейства Уильям Уолдегрейв Палмер, 2-й граф Селборн как-то криво ухмыльнулся, после чего продолжил:

– А вот в то, что германские войска будут урегулировать взаимоотношения обоих государств силой оружия, при этом занимаясь разграблением бельгийских территорий, в это я верю. Кстати, брат Генри, Леопольд Второй как-то отреагировал на эту ноту?

– Да, брат Уильям. Ещё два дня назад барон де Фаверо вызвал к себе германского посланника фон Вальвича и вручил ему ответ бельгийского правительства на их ноту, в котором сообщает, что покушение на независимость Бельгии, которым ей угрожает германское правительство, явится вопиющим нарушением международного права. Бельгийское правительство, приняв сделанные ему предложения, пожертвовало бы честью нации и в то же время изменило бы своим обязанностям пред Европой. Сознавая ту роль, которую Бельгия играет более восьмидесяти лет в мировой цивилизации, оно отказывается верить, что независимость Бельгии может быть сохранена только ценою нарушения ее нейтралитета.