— В моем случае узы понадобились потому, что помолвка была заключена в раннем детстве. И требовалось, чтобы чувства росли вместе со мной, — вот, почти и не обманула! Вероятно, родители действительно желали, чтобы так вышло.

Оно и вышло. Только без чувств.

— Как скажешь, — серьезно кивнул Вир.

Завтрак продолжился.

Сохранить в тайне присутствие в замке Вирсайна не удалось. Первыми узнали новые слуги, разболтали гвардейцам, и мне пришлось обстоятельно разъяснять капитану Розону ситуацию. А заодно отчитать доблестных стражей за невнимательность. Сплетни-то они быстро собирают, а прокрадывающегося в замок чужака, будь он хоть сотню раз княжеский сын, проглядели!

Информировать Арлита о ночном происшествии не стала. Узы на месте, приличия на Севере — понятие призрачное, и порой знатные льеры своим поведением мало отличаются от распутных девиц из окраинных кварталов столицы, а про стычку с повстанцами Арл уже знает. Вот и промолчу пока. А то заявится еще, а мне так понравилось быть хозяйкой в своем доме…

Кто меня за это осудит?

— Вот и все, — сообщила сонно жмурящемуся княжичу и разгладила повязку. — Лекарства скоро начнут действовать, и на магию тратить силы не надо.

Вир мягко улыбнулся.

— Спасибо, Лео. Ты — чудо.

На этот раз выступивший румянец помогла скрыть инеевая маска самоконтроля.

— Сколько неприкрытой лести, — я картинно округлила глаза. — Чую, ты что-то задумал. Немедленно кайся, иначе не видать тебе заживляющей мази после ужина!

Удивительно, как легко было с полузнакомым льером. Мы смеялись, дразнили друг друга, говорили обо всем на свете. Даже шутливый бой подушками затеяли. Правда, Вир быстро сдался и, шипя от боли, осел на кровать. А мне досталось менять повязки, заклинания не выдержали нагрузки и снова пошла кровь.

— Ты видишь меня насквозь, — тряхнул каштаново-красной шевелюрой северный наследник.

— А как иначе? — я приняла грозный вид, сдвинула брови. — Стоит ненадолго отвернуться, ты тут как тут. То в душу лезешь, то под одеяло.

Княжич задорно улыбнулся и заправил за ухо непослушную прядь. С одеялом тоже была шутка, и закончилась она очередной сменой повязок. А Вир потом еще долго сетовал на одну льеру, не испытывающая должного уважения к будущему господину.

— Ладно, раскусила. Погуляем?

Я с недоверием оглядела возлежащего в подушках мужчину. Вот напросится он у меня! Уйду! Приставлю к нему самую старую служанку… нет, лучше слугу, а сама уйду.

— Надеюсь, это все шутка? Тебе лежать надо.

На смуглом лице прочно обосновалось тоскливое выражение. Как любой мужчина, Вир ненавидел чувствовать себя беспомощным. Это-то и мне понятно.

— Не шутка, а последняя возможность. Пока ты принимала прислугу, я отправил весточку своим — завтра к обеду будет портал.

И моя жизнь снова вернется в привычное русло. Никаких наглецов поблизости, окровавленных повязок, откровенных намеков и задушевных разговоров. Хорошо. Но почему же от этой мысли становится тоскливо и… холодно?

— Так быстро… Но тебе еще надо набраться сил!

Жесткой линии тонких губ коснулась мимолетная улыбка.

— Брось, Леона. Это всего лишь две царапины, ерунда для воина. В былые времена мой опекун не счел бы их достойной причиной даже для короткого отдыха. Так что, идем гулять?

То-то же на нем столько шрамов! Сердце сжалось от сочувствия, но я, когда хотела, и когда дело не касалось одного дракона, мастерски умела скрывать эмоции.

— Я захвачу пальто.

В замке мы теперь не одни, так что Вирсайна, невзирая на его протесты, пришлось отселить в соседние покои.