— Нет, не за что извиняться. Сам город выступает против нас, — сказала Алтея. — Слишком много людей, слишком много шума и слишком много укромных мест.

— А что именно вы искали? — спросил Джиффорд, когда они повернули к дому.

— Все оставляет за собой слабый след, — сказала Олимпия. — Чем драматичнее или злее действие, тем сильнее его отметка и тем дольше эта отметка сохраняется. Я вижу эту отметку, вижу следы случившегося. Кажется, что событие оставило свой призрак.

Взглянув на сосредоточенное лицо Джиффорда, Алтея поняла, что он изо всех сил пытается вообразить, как это возможно. Но она тут же перестала интересоваться этим, потому что они вошли в столовую. Жермен и Байяр уже были там, взволнованные и недовольные.

— Где мой дядя? — резким и дрожащим от страха голосом требовательно спросила Жермен.

Модред подошел и коснулся ее щеки.

— Твоя защита рушится, Жермен, — спокойно сказал он. — Дыши медленно и глубоко. Всю эту злость, которую ты пытаешься скрыть, нужно рассеять, потому что она поедает твое сердце. А сейчас не время для этого.

Жермен задышала так, как велел Модред, и он улыбнулся ей. Потом она посмотрела на Алтею и уже вежливее спросила:

— Где мой дядя?

— Садитесь и поешьте, — ответила Алтея, подходя к столу. — Мы расскажем вам, что произошло и что нам нужно делать.

Как только Жермен и Байяр сели за стол и принялись за еду, Аргус рассказал им о похищении. Алтея поспешно села рядом с побледневшей Жермен и взяла ее за руку. Байяр выглядел не намного лучше. Возможно, они еще не привыкли к своему дяде, которого так долго не видели, но он был последним из их семьи.

— Мы найдем его, — сказала она ребятам. — Это просто дело времени.

— Но вы не уверены? — спросила Жермен.

— Я полностью доверяю людям, которые этим займутся.

— Дитя, не забывай, кто мы, — спокойно сказал Аргус. — Это будет непросто, но наша семья приложит все силы. Я пошлю сообщения всем Вонам и Уэрлокам. Они постараются помочь нам своими способностями.

— Я не могу больше терять членов своей семьи, — прошептала Жермен, а Байяр взял ее за руку. — Я не могу.

— Тебе и не придется. Я не позволю Клодетте победить нас.

— Ее нужно убить.

Алтея открыла рот, собираясь сказать Жермен, что нельзя злиться и требовать мести, но промолчала. Глупо говорить все это, если сама Алтея думает так же. Клодетта заслужила к себе такое отношение. Она стала причиной слишком большого количества смертей.

— Так и будет, — сказала Алтея. — Пусть не сейчас, но ее повесят за все совершенное зло. Наша задача сейчас — найти место, куда она увезла вашего дядю.

— Нам нужно поехать к дому Маргариты.

Все вопросительно взглянули на Олимпию: что она хочет этим сказать? Но Олимпия только смотрела невидящим взором в стену. Через мгновение она чуть вздрогнула, а потом огляделась вокруг, как будто удивленная тем, что все смотрят на нее. У Олимпии в отличие от Алтеи видения бывали редко, и Алтея почувствовала, что ее надежды немного укрепились.

— Что я сказала? — поинтересовалась Олимпия.

— Что нам нужно отправиться к дому Маргариты, — ответил Аргус. — Ты думаешь, они увезли Хартли туда? — с сомнением спросил он.

Олимпия нахмурилась и опустила голову.

— Нет, но там мы сможем найти нужную нам информацию.

— Мы уже обыскивали ее дом и ничего там не нашли, — заметил Олдус.

— Но Хартли сказал мне, что она оставила дом так, будто думала туда вернуться, — сказала Алтея.

— Вот почему нам нужно поехать туда, — закончила Олимпия.