Заставив себя замедлить их взрывоопасное соитие, Итан сбавил скорость. Она робко задвигала бедрами, как бы прислушиваясь к ощущениям. Когда его пальцы, которыми он ласкал ее, сместились к ее влажным складкам, она задергалась, двигаясь, все быстрее и быстрее. В стремлении достичь оргазма Мэдди старательно трудилась, сопровождая стонами частые хлопки своих бедер о его тело.

Она поразила Итана своей трудоспособностью.

— Ах, ты моя умная девочка, — довольно прокряхтел он. Его член лишь наполовину входил в нее, и он знал, что она могла бы принять изрядную его часть, но… «ей должно быть хорошо… лучше, чем в первый раз».

Тем не менее, он не знал, сколько еще сможет продержаться, получая такое наслаждение.

— Давай кончай, — скомандовал он, учащая темп. Когда Мэдди сделала это, мощь ее сокращений вызвала оргазм и у Итана, и он выплеснул в нее семя, обдавая теплом ее внутри. Еще и еще. Нескончаемый поток семени.

Обмякнув, она повалилась на него, прижалась к груди. Их сердца гулко и часто стучали в унисон. Даже после оргазма он не утратил эрекцию и продолжал вонзаться в нее.

Не желая прекращать процесс, он, не вынимая члена, уложил ее на спину.

— Можно, я возьму тебя еще раз? — Почему-то сейчас у него возникло еще большее желание, чем до этого.

Она взглянула на него без недовольства и даже без явного желания. Ему каким-то образом удалось влюбить в себя эту женщину.

— Я твоя, Итан… делай со мной все, что захочешь.

Его, словно кнутом, обожгло желание взять ее неистово, оставить навсегда неизгладимое впечатление. Похоже, влечение брало верх над разумом.

— Не хотелось бы причинить тебе боль. Но… мне нужно это… мне нужен более жесткий секс.

Она сместила бедра ближе к нему.

— Все, что ты пожелаешь.

Мэдди захотелось взять назад свои слова, когда она увидела, как потемнели и зажглись страстью его глаза. Итан приподнял ее голову.

— Я никогда не дам тебе уйти, — пробормотал он и, наклонившись, прильнул ртом к ее губам. — Никогда… — Он терял над собой контроль. Мэдди чувствовала это. Его массивное тело нависало над ней, гладкие мышцы верхней части тела от жилистой шеи до талии были напряжены.

Он прижал одно ее колено к ее же груди и, прижав эту ногу торсом, обхватил рукой, чтобы, держась за нее, было удобнее совершать толчки. Другую руку Итан положил на низ ее живота, чтобы большим пальцем ласкать ее, заставляя извиваться от наслаждения.

Каждый раз, наваливаясь на нее, он налегал на ногу, широко раскрывая ее вход. Похоже, ему нравилось тереться грудью о ее ногу.

Но вот его ритм неимоверно ускорился. Каждый раз, когда Мэдди казалось, что глубже уже не проникнуть, он с большей силой вонзался в нее, вынуждая ее вскрикивать от удивления и наслаждения.

Это было даже лучше, чем являлось ей в мечтах, когда она представляла себе секс с ним. Её завораживал его дикий взгляд и ощущение эластичности его кожи, когда она проводила по ней ногтями или ладонями. Его рот был приоткрыт, и из него вырывалось прерывистое дыхание.

Такое можно было ждать и в тысячу раз дольше….

Ухватив ее за согнутые коленки, он снова и снова вонзался в нее, пока она в изнеможении не откинула голову на подушку. Она наслаждалась моментом и хотела, чтобы это продолжалось вечно. Но с учетом упорного натиска со стороны его плоти она не могла выиграть.

Как только Мэдди почувствовала, что близка к завершению еще раз, Итан с придыханием заявил:

— Хочу прочувствовать, как ты взлетаешь.

И она «взлетела», выкрикивая его имя, и тогда из его груди вырвался отчаянный, гортанный рык.