Изменить размер шрифта - +
Рэтборн и миссис Дьюинтерс катались в открытой двуколке, О'Тул сидел сзади. Дейрдре в облегающем зеленом костюме для верховой езды и такого же цвета шапочке, кокетливо сдвинутой на сторону, выехала на Красотке. Армаи восседал на прекрасном чалом. Он был одет в куртку, точно совпадавшую по цвету с костюмом сестры. Брат и сестра, один красивый темноволосый и надменный, другая – сияющая прозрачной фарфоровой прелестью, привлекали к себе немало восхищенных взглядов. Рэтборн отметил это без всякого удовольствия. Эти двое, казалось, были рождены в седле, настолько легко они управляли своими лошадьми. Леди Фентон ничуть не преувеличила. Дейрдре сидела на самой красивой лошади, какую он видел в жизни, и осанка у нее была такая, какой он ни разу не встречал у женщины.

Некоторое время они ехали рядом.

– Вы едете в парк вместе с нами, мисс Фентон? – спросила миссис Дьюинтерс. – Я была бы рада вашему обществу.

– Нет, благодарю вас. Возможно, как-нибудь в другой раз. Красотка по утрам предпочитает менее напряженную прогулку. Она знает дорогу в Буа-де-ля-Камбре, и если я изменю этот порядок, она выкажет свой норов.

– Весьма похвально, – сказал Рэтборн. Его улыбка больше походила на оскал. – Надеюсь, вас можно будет застать сегодня днем? Я сопровождаю Марию на Гран-Пляс к модистке, и леди Фентон обещала, что вы будете дома. Скажем, часа в два?

Даже миссис Дьюинтерс, казалось, смутилась при виде столь плохо скрытого раздражения, но прежде чем кто-нибудь успел вымолвить хоть слово, граф натянул вожжи и тронул лошадей.

Возможно, это всего лишь слегка смутило миссис Дьюинтерс, но Дейрдре, ставшая мишенью раздражения Рэтборна, была возмущена до крайности. И все же она особенно тщательно одевалась для этого выезда.

Вскоре они уже направлялись к мадам Лекьер на Гран-Пляс, в самое сердце торгового квартала, на каждом шагу встречая множество юных леди, с которыми Дейрдре познакомилась в предыдущие месяцы. После каждой такой встречи, когда все оказывались представленными друг другу, Рэтборн, в обычной для него очаровательной манере, ловко увлекал миссис Дьюинтерс вперед. Она держала себя скромно, а Дейрдре имела удовольствие слышать бесчисленное количество приглашений на приемы и музыкальные вечера, адресованные актрисе и ее спутнику.

У мадам Лекьер Рэтборн тоже чувствовал себя вполне уверенно.

– Я хочу, чтобы все туалеты леди записали на мой счет, – сказал он модистке, но тут вмешалась сама миссис Дьюинтерс:

– Гарет, будь так любезен, оставь нас в покое и отправляйся куда-нибудь погулять на полчаса. Я приехала сюда не для того, чтобы заказать полный гардероб, как тебе известно. Все, что мне требуется, это платье для бала у герцогини Ричмонд, и я хочу, чтобы оно было с длинными рукавами и такого цвета, какой выберу сама. – Взглянув в окно, она воскликнула: – Кажется лорд Аксбридж идет через площадь.

Дейрдре резко повернулась и выбежала от модистки прежде, чем миссис Дьюинтерс закончила фразу. Она уже написала лорду Аксбриджу письмо, в котором выразила благодарность за лошадь, но не видела его со дня приема в посольстве.

А когда лорд Аксбридж запечатлел поцелуй на щечке Дейрдре, то уже и граф круто повернулся и выбежал из комнаты.

Мрачное лицо друга заставило лорда Аксбриджа убрать руки с талии Дейрдре. Господи, подумал он, забавляясь этой сценой, неужто Рэтборн и впрямь столь ревнив? От этой мысли у него поднялось настроение.

– Ах, Рэтборн, – сказал он непринужденно, не обращая внимания на опасный блеск в глазах друга. – Я как раз говорил мисс Фентон, как мне лестно то, что я предоставил ей достойную лошадку. Хорошенькая кобылка, правда?

– Возможно, – ответил Рэтборн угрюмо, но постепенно его лицо смягчилось. – Очень! – повторил он, давясь смехом.

Быстрый переход