— Выходи за меня замуж, Хлоя.

— Но это не предложение…

Он на мгновение потупился, потом снова на нее взглянул.

— Дорогая, ты ведь была готова отдать мне свою невинность, разве не так? И если бы Лео не помешал, это сегодняшнее медицинское обследование было бы пустой тратой времени. Конечно, я тогда поступил легкомысленно, но никуда от этого не денешься и…

— И теперь должен заплатить за свое легкомыслие? — вырвалось у Хлои.

Граф тяжело вздохнул и провел ладонью по волосам, распустив свою косицу.

— Поверь, Хлоя, я вовсе не считаю женитьбу на тебе какой-то расплатой. Буду откровенным и скажу, что еще совсем недавно вообще не собирался снова жениться. Но можно ли винить меня за это?

— Нет, разумеется. Смею сказать, что и я чувствовала бы то же самое, если бы страдала столько же. Но все же очень неприятно, когда тебя сравнивают с Беатрис.

— Я вовсе не сравниваю тебя с Беатрис. Ты совсем другая. Уже хотя бы потому, что заставляешь меня улыбаться. А с ней у меня никогда такого желания не возникало. Более того, меня влечет к тебе. Постоянно. Не знаю, как это объяснить, но ты воспламеняешь меня одним своим взглядом. Повторяю, я тогда поступил легкомысленно, но мне ничего не удалось с собой поделать… Ты словно околдовала меня.

Слышать все это было весьма лестно, но Хлоя не могла допустить, чтобы слова графа вскружили ей голову.

— Мне кажется, Джулиан, что физическое влечение не слишком хорошая причина для вступления в брак, потому что брак — это навеки, а желание проходит. К тому же я почти нищая. Нищая, от которой отказалась мать. И живу я только за счет Лео. Поверьте, вы, милорд, могли бы найти жену и получше.

— Однако не смог. И не нужно совсем забывать о страсти, Хлоя. Она очень важна в браке. Кроме того, я доверяю тебе.

— Во всем?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты пострадал от неверности жены. Веришь ли ты, что я буду верна супружеской клятве? Или будешь опасаться, что и я могу изменить тебе, как она?

С минуту Джулиан молча смотрел на сидевшую рядом с ним девушку. Он знал, что она задаст этот вопрос, и уже давно на него ответил. За то время, что провел в доме Уэрлоков, он научился доверять Хлое во всем. Его это удивляло и вместе с тем радовало. Кроме того, он знал, что едва ли мог бы доверять какой-нибудь другой женщине.

— Нет, Хлоя, я этого не боюсь. Я же сказал, что полностью доверяю тебе. Я знаю, что ты будешь непоколебимо верна своей супружеской клятве, как я — своей.

Хлоя вздохнула с облегчением, хотя не до конца была уверена в том, что этих его слов вполне достаточно. Она чувствовала, что ее влечет к Джулиану, и сама себя боялась — боялась своего влечения к нему. «Стоит ли вступать в брак лишь потому, что хочешь лечь с мужчиной в постель?» — спрашивала она себя.

— И еще, Хлоя, ты мне очень нравишься. Ведь нам приятно просто беседовать, не так ли? Мыс тобой можем говорить о самых разных вещах, и нам всегда будет интересно друг с другом. Кроме того, Хлоя, ты любишь моего сына.

— Ах, конечно, люблю. То есть ты хочешь сказать, что я получаю еще и Энтони, а не только тебя…

— Я хочу сказать, что в любом случае должен найти для него мать. Но лучшей матери, чем ты, не могу даже представить. Именно потому, что ты любишь его, и потому, что я тебе доверяю.

— Итак, ты предлагаешь мне страсть, добрые отношения, доверие и еще Энтони в придачу.

— Ты считаешь, этого мало?

Хлоя тихонько вздохнула. Того, что предлагал ей Джулиан, было более чем достаточно, но все-таки брак — слишком ответственный шаг, потому что это навсегда.