– Ты хочешь поговорить о моих погибших родных? – гневно вопросила она. – Что ж, давай, Ларкспур.

Рома резко втянул в себя воздух. А Пол только улыбнулся. Он не пытался ничего отрицать, лишь с притворно невинным видом запрокинул голову и сказал:

– Я давно хотел сказать тебе об этом. Но, признаться, я ожидал, что, когда откроюсь тебе, это произведет на тебя куда большее впечатление.

– Большее впечатление? – повторила Джульетта, почти крича. – Что тут вообще может произвести впечатление?

– Может, тот факт, что я заставил весь город плясать под мою дудку? – Пол сунул руку в карман пиджака, Джульетта потянулась за пистолетом, но он всего-навсего достал еще один флакон с синей жидкостью и поднял его так, что на него упал свет. – Или тот факт, что я разрешил проблему, мучившую моего отца? Скажи мне, Джульетта, разве не всем детям хочется, чтобы их родители были счастливы и всем довольны?

Джульетта подняла пистолет. На лице Ромы отразился испуг, и, хотя Джульетта понимала, что опасно провоцировать Пола, пока они не узнали, какие еще козыри есть у него в рукаве, ее гнев был слишком силен.

– У реки погибло столько людей, – сказала она. – Я думала, что за этим стоят коммунисты, что это они уничтожают своих врагов-капиталистов. – Она горько рассмеялась. – Но это был ты. Ты расчищал рынок ради процветания своей торговли.

Пол улыбнулся, показав белоснежные зубы.

– Блестяще, не так ли? И подумать только, это все началось, когда я обнаружил в Англии одного малюсенького жучка.

– Глупец, – прошипела Джульетта. – Как ты смеешь…

– Я хотел оказать этому городу услугу, – перебил ее Пол, и его глаза потемнели. Похоже, гнев Джульетты начинал его задевать. Прежде ему еще не приходилось наблюдать ее ярость. – Разве ты не читала газеты? Не слышала разговоров? Все только и говорили о том, как пострадают коммерсанты, если в Шанхае наступит власть закона, а законы, скорее всего, будут писать коммунисты. И я решил помочь, поубивать их. Не может быть, чтобы ты этого не одобряла.

Джульетта не одобряла убийства коммунистов, но сейчас был неподходящий момент для того, чтобы высказывать это неодобрение.

– И первым ты решил заразить Чжана Гутао, – догадалась она и оглядела разгромленную гостиную. У ног Пола под водой она заметила не один шприц, а два. Откуда взялся второй? – Ты не понял, что имеешь дело не с ним, а с его помощником?

– Да не все ли равно? – Пол шагнул вперед, а Рома и Джульетта сделали шаг назад. – Я думал, что это насекомое-паразит будет просто перебираться с одного переносчика на другого и таким образом истребит коммунистов. Но каково же было мое удивление, когда этот старикан превратился в чудовище! Когда насекомые начали размножаться на нем в таких количествах, что им оказалось под силу свести с ума всех в этом городе?

От ярости рука Джульетты начала трястись. Рома взял ее за локоть, но это не заставило ее опустить пистолет.

– Вода, – прошептала она, и это был одновременно и вопрос, и ответ. Она поболтала ногой – теперь вода доходила ей до середины икры. Пол собирался истребить коммунистов, но его план изменился с появлением чудовища в реке Хуанпу. Река была сердцем Шанхая, и зараза, проникшая в нее, неизбежно должна была поразить членов банд, работающих в порту, и торговцев, являющихся на встречи, которые проходили на берегу.

Они не были настоящими целями этой искусственно созданной заразы, просто они чаще и дольше других проводили время у реки, а именно там чудовище выпускало тучи насекомых, несущих смерть.