— Это не одно и то же. — Бен больше не сомневался, что Джеки надоела медленная, размеренная жизнь Шарлотсвилле, семья, работа, он...

— Ради бога, Бен. Вечеринка — она и есть вечеринка.

— Ничего подобного! Сегодня на барбекю собралась группа старых друзей и соседей. А ты зовешь меня туда, где будут первые лица государства и женщины в россыпях бриллиантов и рубинов. Ты и сама знаешь, что это не одно и то же. Но я понимаю тебя. Представляю, как скучно тебе было сегодня: ни тебе нарядов от кутюр, ни драгоценностей, ни одного мужчины из власть имущих. Я, честно говоря, даже удивлен, что ты так надолго застряла в нашем городишке. Такая жизнь явно не для тебя.

Не в силах поверить своим ушам, Джеки повернулась к Бену и смотрела на него во все глаза.

— Бен, ты сошел с ума? К твоему сведению, я провела прекрасный вечер. Мне понравились твои друзья, и мне было интересно беседовать с ними о самых разных вещах. А Хэнк дал мне несколько советов по поводу роз, которых не было ни в одной книжке. Какая муха тебя укусила? Я просто пригласила тебя на вечеринку!

— Да ладно, Джеки, мы оба знаем, что это будет не просто вечеринка, как ты пытаешься меня убедить. Это будет светский раут в посольстве Франции. А я простой строитель из маленького городка в Виргинии, а не президент США.

— Но там соберутся не только политики. А президента, скорее всего, не будет.

— Но если он придет, ты назовешь его по имени и вы немного поболтаете, да?

— Не знаю. Меня однажды представляли ему...

— Джеки, я буду чувствовать себя там, как рыба, вы брошенная на берег.

— Неправда. Ведь я же не чувствовала себя сегодня рыбой.

Бен молчал, сосредоточенно ведя машину по темным улицам.

— Я не чувствовала себя неуместной сегодня. Я с удовольствием пообщалась с твоими друзьями, хотя все они и старше меня... Или ты специально позвал меня с собой? Ты рассчитывал, что я выставлю себя полной дурой и это лишний раз подтвердит, что мне не место рядом с тобой и твоими друзьями? — Джеки почти кричала.

— Они все намного старше тебя. У Томлинсонов дети — почти твои ровесники. Очнись, у тебя не может быть ничего общего со столь взрослыми людьми.

— Ты забыл, что Томлинсоны на несколько лет старше тебя. То есть ты считаешь, что люди разного возраста не могут быть друзьями? Это дискриминация по возрастному признаку, Бен. А я, значит, вполне подхожу для тайного секса, но слишком молода, чтобы при свете дня общаться с твоими друзьями?

— Перестань, Джеки. Я вовсе не это имел в виду. Но ты не станешь спорить, что на разных этапах жизни у людей возникают разные интересы. У Томлинсонов взрослые дети, Пол проработал в одной компании больше двадцати лет. Он пришел на работу, когда ты еще не родилась. Что у вас может быть общего? Он годится тебе в отцы.

— Мне, между прочим, двадцать пять. Согласна, мы не можем быть лучшими друзьями, но кто запрещает поддерживать просто приятные, дружеские отношения людям разного возраста? У меня много друзей старше меня по всему миру. А ты, хоть и близок к ним по возрасту, не можешь полностью разделить их интересы, потому что у тебя нет детей. А когда у тебя появятся дети, ты попадешь в категорию молодых отцов и будешь приравнен к двадцатипятилетним...

— Кто здесь говорит о детях? — Бен даже перестал смотреть на дорогу, уставившись на Джеки.

— Никто. Смотри на дорогу и оставь меня в покое.

Джеки отвернулась и стала смотреть в боковое окно. Она негодовала. Как он мог отказаться от ее приглашения поехать в Вашингтон лишь только потому, что она не может дружить с Томлинсонами в силу своего возраста!

Внезапно она узнала свою улицу. Сердце Джеки сжалось — Бен не повез ее к себе, как намеревался, а привез в коттедж Джулианы. Отлично! Если он ее не хочет, она не станет навязываться.