— Самые лучшие сюрпризы — совершенно неожиданные. Как наша дочка.

     Наша дочка. Странно звучит, подумала Шейла.

     — Раз уж вспомнили о дочке, я, кажется, слышу ее плач.

     Слейд прислушался и тоже услышал тихий плач, доносившийся через открытую дверь детской.

     — Она, вероятно, хочет знать, куда девался ее папа.

     Шейла тоскливо взглянула на кекс. Не сейчас.

     — Скорее она хочет знать, куда девался ее обед.

     Он посмотрел на ее грудь, и ей снова стало тепло.

     — Что касается ее папы... — Слейд подхватил коробку. — Так где твоя спальня? Я хочу разобрать вещи.

     Шейла остановилась у лестницы и посмотрела на его багаж.

     — Моя спальня?

     — Ну, ты ведь не хочешь, чтобы я спал с Ингрид?

     Шейла закусила губу. Она не подумала о том, что придется проститься с уединением. Кажется, она не подумала о многом, когда проскрежетала «да».

     — Нет, мне просто в голову не пришло...

     Слейда заинтриговало ее сопротивление.

     — Разве твои родители не спали вместе?

     В ее улыбке было очень мало веселья.

     — Я не замечала, чтобы они были дома в одно и то же время.

     Со вздохом она стала подниматься на второй этаж. Слейд последовал за ней.

     — Поверь мне, женатые люди спят вместе. Я точно знаю.

     Шейла остановилась перед детской и показала на последнюю комнату по коридору.

     — Направо.

     Она следила, как Слейд идет в спальню. Ее спальню. Их спальню. К этому еще надо привыкнуть, подумала она, входя в детскую.

     Слейд не лег спать, смотрел теленовости по ее телевизору. Был двенадцатый час, когда она вошла в спальню. Голубая атласная ночная сорочка подчеркивала цвет ее глаз и разжигала желание. Слейд подавил его усилием воли.

     Шейла выглядела совершенно изможденной. Он подумал, что Ингрид должна была бы облегчить ей жизнь, особенно в первый вечер, но, зная Шейлу, понял, что она, наверное, не позволила.

     Зная Шейлу... Ему понравилось, как это звучит. Он планировал посвятить этому знакомству часть своей жизни.

     Слейд выключил телевизор и положил пульт на ночной столик.

     — Ты выглядишь усталой.

     Она ответила не сразу. Слова требовали усилий, а у нее осталось очень мало энергии.

     — Я и правда устала.

     Он похлопал по кровати.

     — Тогда почему не ложишься?

     Чертовски странный момент для застенчивости. Стесняться надо было девять месяцев назад на пляже, а не здесь, в своей собственной спальне.

     Их спальне, поправила себя Шейла.

     Слейд встал и подошел к ней. Взяв за руку, подвел к кровати.

     — Ложись, — повторил он тихо, но твердо. — Я не собираюсь познать тебя в библейском смысле, пока врач не даст тебе разрешение... А ты мне.

     Их взгляды встретились, он улыбнулся.

     — Я хороший парень, помнишь?

     Не подумав, она погладила его по щеке.