|
К сожалению, до нас дошли новые известия о Фло. Ее видели вместе с Люкасом Кордом в Сан-Антонио. Еще кто-то встретил их в Амарильо. Но в конце концов Люкас, видимо, понял, что присутствие Фло облегчает задачу его преследователям – из-за нее он не может так быстро передвигаться и ускользать от погони, поэтому бросил Фло в одном из крохотных пыльных поселков на Диком Западе.
Именно Марк рассказал мне обо всем, пытаясь предупредить прежде, чем я все услышу от Тодда, который был вне себя от ярости.
– Какая мерзость, Ровена! Бог знает, почему он уговорил ее бежать, разве только хотел сделать эту идиотку всеобщим посмешищем! Как же, падчерица Тодда Шеннона!
– Думаешь, он хотел отомстить? Только поэтому?
– Почему же еще?! Использовал ее, а потом бросил у всех на глазах! Извините, Ровена, если сообщаю вам неприятные новости, но Люк выставил Фло на аукцион в дешевом салуне, а потом проиграл в покер профессиональному игроку.
Я была не в силах поверить подобной подлости, но Марк объяснил, что из детективного агентства Пинкертона пришел доклад. Избавившись от Фло, ставшей помехой, Люкас Корд вновь исчез.
– Но неужели этот детектив не смог ничего сделать?
– Он услышал все это от очевидца, – мрачно вздохнул Марк, – и к тому времени как попытался провести расследование, никто не смог объяснить, куда делась Фло. Говорят – уехала вместе с игроком.
Глава 15
После того как ужасные новости о том, что произошло с Фло, дошли до нас, Тодд вел себя как безумный. Марк признавался, что боится подходить к дяде, а я старалась держаться подальше от большого дома.
Тодд казался занятым своими мыслями и не обращал на меня внимания, чему я была очень рада – теперь можно откладывать свадьбу до бесконечности.
– Я привезу тебе лучшее подвенечное платье в мире, – сказал как-то Тодд, когда был в немного лучшем, чем обычно, настроении. – И бриллианты – кольцо и в волосы.
– О нет, – невольно вырвалось у меня, – только не бриллианты! – Но, увидев несчастные глаза, быстро добавила: – Мне никогда особенно не нравились бриллианты. Я люблю сапфиры и изумруды.
– Все, что захочешь, девочка. Только не спорь со мной по каждому поводу.
Он сжал меня в объятиях, и разговор на время прекратился. Этим всегда кончалось. Но временами, оставшись одна, я не могла поверить, что скоро выйду замуж, ведь так часто повторяла, что не буду рабыней ни одного мужчины! Неужели именно я сдалась так быстро и покорно?
Наступила весна, дел на ранчо было так много, что я видела Тодда все реже и реже, хотя иногда еще до рассвета вставала и, оседлав лошадь, ехала посмотреть, как идет работа – трудная, тяжелая – отлов и клеймение скота, который потом собирали в гурты. Казалось, подготовка к трудному перегону до ближайшей железной дороги займет несколько месяцев.
Как член вновь образованной ассоциации скотоводов, Тодд не будет совершать этот перегон один – слишком участились в последнее время набеги и ограбления; все ранчерос решили в этом году перегонять гурты вместе. Сначала Тодд хотел взять Марка с собой, но потом решил оставить его дома присматривать за тем, как идут дела. Я знала, что Тодд думает о случившемся много лет назад, когда он с моим отцом отправился искать серебро, а возвратившись, узнал о том, что потерял всех, кого любил, и все, во имя чего трудился. Но мне было очень жаль Марка – ведь он адвокат, а не ранчеро! Когда я сказала Тодду об этом, он только фыркнул:
– Марк знает, с какой стороны хлеб маслом намазан! Он мой наследник и, значит, должен знать, как управляться со скотом! – Но тут же, весело подмигнув, добавил: – Конечно, ты можешь это изменить, солнышко! Роди мне сына – и Марк может возвращаться в Бостон, к своим книгам. |