|
Поэтому я сказал: - О'кей, я проведу вас. Сегодня вечером, если хотите. Он согласился, поблагодарил меня и ушел на поиски еще одной бутылки кока-колы. Джордж, который все это время не слезал с подлокотника моего кресла, наклонился ко мне и тихо заметил, что было бы очень интересно произвести рассечение веганца. Я согласился с ним. Когда Миштиго вернулся, Дос Сантос был рядом с ним. - Вы собираетесь повести мистера Миштиго на языческие церемонии? спросил он, дрожа от негодования и раздувая ноздри. - Это так, - кивнул я. - Собираюсь. - Только вместе с телохранителями, а вы таковым не являетесь. Я поднял вверх ладони. - Я в состоянии справиться со всем, что бы не произошло. - Вас будут сопровождать Гассан и... я. Я собрался было протестовать, но незаметно между нами втиснулась Элен. - Я тоже хотела бы пойти с вами, - сказала она. - Я никогда еще не была на подобных обрядах. Я пожал плечами. Если идет Дос Сантос, это значит, что идет и Диана. Нас становится весьма много. Поэтому один лишний посетитель особого значения не имеет. Все было испорчено еще до того, как началось. - Почему бы и нет? - вот и все, что оставалось мне сказать... *** "Хоупфер" был расположен внизу, в районе гавани, возможно, вследствие того, что был посвящен Агве Вэйс, морскому божеству. Хотя скорее все-таки потому, что сородичи Мамаши Юлии всегда ютились в гавани. Агве Вэйс не очень-то ревнивый божок, поэтому множество других божеств украшали стены своими ярко раскрашенными изображениями. Чуть поодаль от берега были более искусно выполненные "хоупферы", но они мало-помалу переходили в собственность коммерческих заведений. Огромная ладья Агве переливалась синим, оранжевым, желтым, зеленым и черным - то есть внешне выглядела несколько неподходящей для моря. Противоположная стена была почти полностью занята изображениями пурпурно-малинового Дамбала Ведо, со множеством затейливых колец и завитков. Впереди Папаша Джо ритмично отбивал такт на нескольких барабанах "рада". Он сидел чуть правее двери, через которую мы вошли - кстати, единственной. Среди ярких изображений сердец, фаллосов и крестов на нас загадочно глядели христианские святые. Как ко всему этому относились почтенные апостолы - это невозможно было прочесть на их напряженных лицах, заключенных в дешевые рамки для литографий, напоминавших окна в какой-то чужой мир вне этого сюрреалистического окружения. На небольшом алтаре теснились многочисленные бутылки со спиртным, фляги, созданные из тыкв, священные сосуды для духов "лоа", талисманы, трубки, флаги, фотографии каких-то неизвестных людей, и среди всего прочего - пачка сигарет для папаши Легба. Служба шла полным ходом, когда молодой "хоуязи" по имени Луис ввел нас. Комната имела в длину более восьми метров и около пяти в ширину, а также высокий потолок и грязный пол. Танцоры двигались около центрального столба замедленно и неестественно важно. Их черная плоть блестела в тусклом свете керосиновых ламп. Когда мы вошли в комнату, в ней стало темно. Мамаша Юлия взяла мою руку и улыбнулась. |
