|
Мне же остается только время от времени возвращаться, чтобы подписывать бумаги, в паузах занимаясь тем, чем мне самому заблагорассудится. Чертовы подхалимы - заставить самого управляющего сопровождать писаку с Веги, хотя это мог бы с успехом сделать кто угодно из персонала! Ведь обитатели с Веги вовсе не боги! - Пожалуйста, погоди минутку, - перебила меня Кассандра. - Что за двадцать лет? Я почувствовал, что тону. - Тебе же нет и тридцати лет, - продолжала она. Я опустился еще глубже. Затем немного выждал и стал подниматься наверх. - Э-э... Есть кое-что, о чем я никогда прежде не говорил тебе... Сам не знаю, почему... А сколько тебе лет, Кассандра? - Двадцать. - Хо-хо. Что ж... я почти в четыре раза старше тебя. - Что-то я не понимаю... - Я и сам не понимаю... так же, как и врачи. Я как будто остановился где-то в возрасте от двадцати до тридцати лет и таким остаюсь до сих пор. Мне кажется, что это нечто вроде... неизвестной и только мне свойственной мутации. Да разве все это имеет какое-нибудь значение? - Не знаю... А впрочем, да. - Тебя не волнует ни то, что я хромаю, ни моя избыточная волосатость, ни даже мое лицо. Почему же тебя беспокоит мой возраст? Я молод во всех отношениях! - Это далеко не одно и то же по сравнению со всем остальным, сказала она, не допускающим возражения тоном. - А что, если ты никогда не состаришься? Я закусил губу. - Обязательно состарюсь! Рано или поздно, но это все же произойдет! - А если это будет слишком поздно? Я ведь люблю тебя и не хочу состариться раньше! - Ты проживешь сто - сто пятьдесят лет. Пройдешь специальный курс омоложения. Это от тебя никуда не уйдет. - Но я все равно не буду такой молодой, как ты! - И вовсе я не молодой. Я родился стариком. Это не подействовало. Она расплакалась. - У нас впереди еще долгие и долгие годы, - старался утешить ее я. Кто знает, что может случиться за это время?! От этих слов она расплакалась еще больше. Я всегда был импульсивным. Голова у меня работает, как правило, весьма неплохо, но обычно я сначала действую, а потом обдумываю, что сказать. Вот и на этот раз я испортил всю основу для дальнейшего разговора. Именно это явилось одной из причин, почему я выбрал компетентный персонал, обзавелся хорошей радиосвязью и стараюсь большую часть времени проводить на воле. Впрочем, некоторые обязанности нельзя никому перепоручить. Поэтому я сказал: - Смотри. В какой-то степени радиация коснулась и тебя тоже. Целых сорок лет я не мог понять, что я вовсе не сорокалетний. Возможно, нечто подобное произойдет и с тобой. - Тебе что, известны другие случаи, подобные твоему? - Ну... - Неизвестны? Помню, что тогда мне больше всего хотелось оказаться на борту своего судна. Не нынешнего - огромного великолепного корабля, - а в своей старой лоханке под названием "Золотой Идол". Причем где-нибудь подальше отсюда... ну хотя бы в гавани. Чтобы снова стоять на мостике и опять увидеть Кассандру во всем ее великолепии. Хотелось начать все с самого начала - и либо сказать ей обо всем прямо еще тогда, либо даже рта не раскрывать о своем возрасте. |
