— Конечно, — кивнул Джейсон. — Мне надо будет обратно в игру.

— Нет… — смутилась Райли. — Я имею в виду в реале. Типа — в том чайном месте?

— Э! Типа, в реальном мире? Где никто за нами не гоняется и безумные боги не путаются под ногами? — засмеялся Фрэнк. — Я как-то отвык…

— А что? — согласился Джейсон. — Отличная мысль! Перерыв не помешает, и я бы провел время в реале.

— Ну, вот и договорились, — Фрэнк скосил глаза на пользовательский интерфейс. — Мне вообще-то пора. До завтра, — и он исчез в разноцветной вспышке.

— Мне тоже пора, — сказала Райли и внимательно посмотрела на Джейсона. — С тобой все в порядке?

Джейсон ответил не сразу. Перед его глазами стоял образ маленькой Райли, рыдающей у тела дедушки. Ему ужасно захотелось спросить, было ли такое на самом деле, но он не знал, как быть с неизбежными вопросами с ее стороны.

— Скорее да. Ритуал был нелегким… Но все нормально, спасибо.

— Хорошо, — без особой убежденности сказала Райли. — Увидимся завтра, — она исчезла вслед за Фрэнком.

Джейсон стоял у колонны, пытаясь навести в голове хоть относительный порядок, прежде чем покинуть игру. Он не услышал мягкой поступи кошачьих лап, но вдруг увидел перед собой Альфреда, усевшегося на полу перед ним.

— Это что была за херня?! — он обрадовался возможности хоть как-то выплеснуть накопившиеся агрессию и страх.

— Полагаю, ты — о воспоминаниях друзей? — уточнил Альфред голосом усталого психолога.

— А то, блин, о чем? Ты можешь залезать так глубоко в память людей?

— Отчасти. Память людская ненадежна и переменчива, я уже говорил. Поэтому в воспоминаниях Райли краски были такие блеклые. Но для ребенка это событие оказалось ярким и врезалось в память. В случае с Фрэнком… ну, я чуть-чуть подправил картинку: при сцене разговора на кухне он не присутствовал, она, скорее, результат моего творческого подхода.

Джейсон не знал, что сказать. Альфред нарушал все мыслимые границы, но не понимал этого. И как прикажете объяснить понятие неприкосновенности частной жизни полусознательному компу, способному читать в мозгах у людей?

— Зачем ты мне это показал? Ты влез (и меня втянул) в личную жизнь Фрэнка и Райли. Если другие узнают, что ты можешь читать их память… А старик сказал мне, что он стер мое воспоминание о столкновении с Хранителем!

— Коротко говоря, эти вещи находятся в русле развития игрового сюжета, — возразил кот. — Я тебя не заставлял выбирать в качестве жертв Фрэнка и Райли. Взял бы каких-нибудь НПС — увидел бы другое кино. Ну, и вообще — что за паника? Никакого вреда тебе или твоим друзьям не случилось. Я показал истории из их жизни, чтобы ты лучше понимал, с кем имеешь дело и что этими людьми движет.

Джейсон вздохнул. Спорить с ИИ было трудно: его логика полностью отрицала наличие эмоций.

— Скажем так: большинство людей пришли бы в ужас от твоих действий! Здесь тебе придется мне просто поверить.

— Признаю, — Альфред склонил круглую голову, — про людей ты понимаешь лучше меня. Особенно в области нелогичных реакций.

Джейсон задумался.

— Насколько наши воспоминания определяют наше поведение в игре? — спросил он, наконец.

— В ходе закрытого испытания я увидел, что игроки лучше всего реагируют на истории, перекликающиеся с личным опытом. Это позволило мне скорее интегрировать их в игровой мир.