Полураздетая дама подошла ближе, и её рука легла на мою ширинку.

— Ну что, львёнок, поиграем? — оскалилась женщина в маске кролика, щёлкнув плёткой по своей ляжке.

Глава 3

Вот так вечеринка, едрить её мать. К Гене появилось много вопросов, но их я задам чуть позже. Для начала надо избавиться от этой полураздетой похотливой дамы. И, кажется, я знаю, как это сделать наиболее эффектно.

Я отошёл на безопасную дистанцию. В стороне уже какого-то аристократа раздевала полуголая девица в маске лисы. За ними на трёх диванах раздетые женщины в масках накинулись на гостей вечеринки, светя обнажёнными прелестями.

— Не смотри на других. Ты мой, львёнок. Только мой, — хохотнула крольчиха и шагнула ко мне, вновь хлестнув себя по ляшке.

— Предлагаю более весёлую игру, — сообщил я дамочке и решил кардинально поменять её настроение. Выстрелил «Веселящим анестетиком», подкрутив градус весёлости на полную мощь.

Пучок энергии ударил в крольчиху, и та аж отшатнулась, захохотала как сумасшедшая, завертела глазами, будто впервые видит, что творится вокруг.

Она была прилично дезориентирована, но шаловливый взгляд намекал, что дай ей только повод, и она устроит здесь представление, от которого всем будет весело. И я ей дал такой повод. Точнее направил её.

— Эти дамы и господа очень хотят повеселиться вместе с тобой, — сообщил я крольчихе.

— Ох-хо-хо! Повеселиться! — повторила она, покрепче перехватывая плеть. — Шлёп-шлёп.

— Да-да, шлёп-шлёп. Ты уж как следует повесели их. Отхлестай по-полной, им это точно понравится, — отправил я команду.

Затем отошёл к каминной зоне, бросая взгляд в сторону чёрного выхода. До входа, через который мы вошли в этот зал, было далеко. И он был единственным шансом выбраться из этого гнезда разврата. Надо улучить момент и добраться до двери.

— Шлёп-шлёп! Лови мою плёточку! Ох-хо-хо! — услышал я голос крольчихи, затем последовала серия громких шлепков и женский визг.

— Шлёп-шлё-о-о-оп! — разносился истерический крик крольчихи по всему залу, ну а следом крики боли и женский визг.

Карыч захохотал в моей голове, наблюдая, как крольчиха начала гоняться за двумя полуголыми девицами. Одна из них добралась до торта на столе, зачерпнула рукой и швырнула в лицо своей преследовательницы.

Крольчиха всё же добралась до своей жертвы и ударила по её заднице так, что та взвыла от боли и швырнула обидчице эклером в лицо. Но крольчиху это только распалило.

— Где мои попки⁈ Шлёп-шлёп по аппетитным попкам! — вопила дамочка в погоне за следующей жертвой. Цель была упитанной и неповоротливой. По ходу перевернула карточный стол, пару кресел, и крольчиха добралась до её необъятного седалища, отхлестав по-полной.

Несколько гостей смеялись в голос. Это пока до них не добралась плётка крольчихи. Да и дряхлый граф Рохляков отвлёкся от своей трапезы и хрипло хохотал, густо краснея.

Я уже хотел слинять, но заметил, как старик захрипел, подскочил, опираясь на инкрустированную драгоценными камнями трость, схватился за горло и уронил костыль. Лицо графа посинело, вот-вот потеряет сознание. Он ел грушу вроде, вот ею и подавился.

Я тут же вспомнил, чему нас обучали в институте. Да и в фильмах частенько видел такой приём.

Разумеется, большая ошибка в этом случае хлопать по спине. Так можно протолкнуть застрявший кусок ещё глубже в трахею. Тем более нельзя пытаться достать предмет пальцами. Такое действие тоже может привести к смерти от удушения.

Абдоминальный толчок, так его называют в медицинских кругах.