— Лёша, твой напиток, — услышал я откуда-то издалека голос Насти. — Держи… Ладно, я сама. Пей…

Я приоткрыл рот и почувствовал знакомый вкус. Энерго-бустер. О да, он мне поможет. Хорошо, что после прошлого раза осталось ещё немного.

Сил прибавилось. Я проморгался, огляделся, затем бросил взгляд на настенные часы, понимая, что прошло чуть больше часа.

— Граф отдыхает, — радостно сообщила мне Настя. — Язвы исчезли, Лёш. Прекрасная работа. Теперь его, наверное, нужно отправить в палату и контролировать состояние. Поставлю витаминные капельницы, понаблюдаем. Да и анализы нужно взять.

— Этого не нужно. Он здоров, Настя, — хмыкнул я, вновь проверяя состояние графа диагностическим щупом.

— Лёш, ау, — улыбнулась Настя. — У него диабет. А вдруг опять что появится? Надо укрепить организм.

— Ты меня не услышала. У него больше нет диабета, Насть.

— Не поняла, — ассистентка округлила глаза. — Подожди, ты вылечил… кхм… диабет? Второго типа?

— Выходит, что так, — ухмыльнулся я в ответ. — Сейчас его разбудим и отправим домой.

— Лёш, если это правда… если ты вылечил его. Это же сенсация! — воскликнула Настя. — Об этом точно нужно сообщить в гильдию лекарей!

Да, мы отправляем еженедельные отчёты в гильдию, как и положено, но в этот раз можно это сделать и пораньше. Интересно, как они отреагируют.

— Отправь отчёт, — кивнул я. — Отпустим пациента и вкратце надиктую тебе, как проходила операция.

— Лёшка, ты гений! Ты просто… — обняла меня Настя.

— Ну всё, давай работать, — улыбнулся я, и вернулся к графу.

Вытащил я из Мещерякова неотработавший анестетик, пополняя свои запасы энергии, и граф охнул. Открыв глаза, он сел на кушетке.

— Что со мной? — огляделся он. — Операция закончена?

Граф ощупал лицо, затем улыбнулся, прислушиваясь к своему организму, и достал из своего кармана зеркальце, всматриваясь в него.

— Прекрасно, док! — воскликнул он. — Что вы сделали? Я отлично себя чувствую. Будто и сил прибавилось!

— Потому что вы абсолютно здоровы, — сообщил я ему. — Но витаминно-минеральный комплекс пропить очень желательно. А через неделю приходите на повторный приём, на диагностику. Да, ещё вам нужно записаться в тренажёрный зал.

— Да, несомненно. Я думал насчёт этого, — Мещеряков прошёл вместе со мной к столу и устроился на стуле, напротив заполняющей рецепт Насти. — Вы сказали, что я абсолютно здоров. Но это ведь не так. У меня диабет.

— Нет у вас больше диабета. Я избавил вас от него, — взглянул я на графа, и тот вытаращился на меня, затем рассмеялся. — Можете смеяться сколько угодно. Я вас не обнадёживаю и не обманываю.

— Да нет, этого просто не может быть, — продолжал улыбаться Мещеряков.

— Может, не может — это пустые разговоры. Я же вам говорю то что есть на самом деле, — улыбнулся я в ответ и развоплотил диагностический щуп. Того, что увидел, вполне достаточно, чтобы сделать окончательный вывод — я справился.

— Это будто мне снится. Точно, это какой-то сон, — помотал головой граф, затем вновь взглянул на меня и глаза его предательски заблестели от подступивших слёз. — Если это правда, я вам благодарен от всего сердца. Сколько я должен?

— Тысячу пятьсот рублей, — наобум выдал я, понимая, что операция была сложной, и поэтому ценник должен быть выше минимум в полтора раза.