— Именно, это даже забавно, их-хи-хи, — почесал руки граф. Лицо его покраснело, глаза блестели, словно у мальчишки, который задумал некую шалость.

Он протянул руку и щёлкнул по лысине впереди сидящего соседа.

— Что происходит⁈ Что вы себе позволяете⁈ — воскликнул мужчина в пенсне. Он хотел вскочить с места, но энергоремень не дал ему это сделать, вернув на место.

Не знаю, кто этот пассажир, какому роду служит, но тоже целитель, судя по чемоданчику, который он прятал ещё недавно в багажный отсек для ручной клади.

Ремень не давал лысому мужчине подняться с кресла, но тот не сдавался, аж шею вывернул, ошарашенно глядя на Бурдукова.

Граф прыснул в рукав, пряча лицо, грудь его заходила ходуном от смеха. И для меня это означало лишь одно — градус весёлости продолжал повышаться.

— Потрудитесь объяснить, что это было, — зашипел лысый целитель, вцепившись взглядом в графа под анестетиком. — Вы смеётесь надо мной?

— Ваша лысина так интересно блестит, что я решил проверить, — выдавил Бурдуков.

— Проверить что? — процедил лысый сосед. — Вы в своём уме?

— Проверить, не стеклянная ли она… ваша голова, — Бурдуков вновь прыснул в рукав, захохотав. — Хотя она больше похожа на скорлупу яйца, натёртую маслом.

— Я вас предупреждаю, — лысый мужчина погрозил ему пальцем. — Ещё одна такая выходка — и вас арестуют.

— Да-да. Всё, больше не буду, — Бурдуков поднял руки в успокаивающем жесте.

Он уставился на блестящую лысую голову впереди сидящего пассажира и смотрел на неё так, будто снайпер смотрит на цель.

— Это же просто невозможно. Я хочу ещё раз проверить, — Бурдуков взглянул на меня. — А вы не хотите щёлкнуть по ней?

— Не дотянусь, — тяжело вздохнул я, с трудом сдерживая улыбку. — А так бы точно присоединился.

Бурдуков вновь протянул руку и на этот раз щёлкнул по лысине своей жертвы гораздо сильнее. Да так, что лысый целитель взвыл от боли.

— Полиция! — поднял он руку. — Есть на борту полиция? На меня напали! Какой-то сумасшедший!

— У меня получилось! — заливисто засмеялся старик Бурдуков, обращая на себя внимание рядом сидящих пассажиров. — Видели, да?

— Вы делаете успехи, — выдавил я, кашлянув пару раз в кулак, чтобы не выдать себя.

С одного из кресел слева от нас поднялся крепкий парень в джинсах и рубашке с короткими рукавами. Портупея и кобура, мелькнувшая в районе подмышки. Сбоку на поясе болтается разрядник.

— Я сотрудник службы безопасности. Что случилось? — напряжённо спросил он, когда оказался рядом с возмущённым целителем, затем окинул хмурым взглядом несколько ближайших кресел.

— Это я вас звал. Вот этот мужчина напал на меня, — показал на Бурдукова оскорблённый пассажир. — Ведёт себя просто возмутительно.

— Лысая башка, дай пирожка, — захохотал Бурдуков, ещё раз щёлкнув по лысине впереди сидящего целителя. Анестетик набирал обороты, а граф уже вошёл в такой раж, что и разрядом не остановишь. — Чем вы её натирали⁈

— Вы пьяны? Дыхните в трубку, — страж порядка протянул кран с раструбом.

Бурдуков ухватился за раструб, отломал его от артефакта, затем дыхнул в него и протянул стражу порядка.

— Я же говорил, что он псих! — воскликнул лысый пассажир.

— Сейчас мы во всём разберёмся. Пройдёмте со мной, — страж порядка нажал на поручне графского кресла кнопку, и энерго-пояс, стягивающий Бурдукова, исчез. — Вы нарушаете порядок.

В то же время безопасник включил разрядник. Тот тихо запищал, и сбоку молниевой дубинки часто замигал красный индикатор. Бурдуков, похоже, воспринял это по-своему, а не как предупреждение о готовности к действиям.