Через полчаса мы посетили просторный двухэтажный магазин, который ещё не успел закрыться. Я дождался в холле, пока Зина приоденется. А затем и полчаса не прошло, как я увидел обновлённую Артишок. В светлом просторном платьице, на ногах блестящие бежевые туфли на низких каблуках.

— И всего-то пятьсот рубликов, — деловито подытожила Зина.

Мы вышли в ночь, направляясь в сторону подземки.

— Ты забыл сказать что-то, — напомнила Зинаида, закуривая длинную сигаретку.

— Что-то, — ответил я.

— Не придуривайся. А лучше скажи — как я тебе. Красавица? — покрутилась передо мной Зинаида.

— Я просто ослеп от твоей красоты, — ответил я, улыбаясь.

— Спасибки, — зарделась румянцем Зина, затем бодро зашагала рядом со мной. Будто ещё недавно не сбивал её спорткар отечественного розлива, и не хлестала из неё кровь ручьём.

— Поделим деньги поровну, — затараторила она по пути. — Хотя нет. Я же пострадавшая, значит, мне две трети. А тебе, так и быть, за то, что спас меня…

— Оставь деньги себе, — ухмыльнулся я. — Ты ж пострадавшая сторона.

— Ну хорошо, — ещё шире улыбнулась Зина. — Как скажешь.

Затем она затихла и бросила на меня задумчивый взгляд.

— Кста-а-ати, поехали ко мне, чайку попьём, поговорим, — предложила Зинаида, ущипнув меня. — Расскажешь, где пропадал всё это время.

— Зин, я уже говорил, что у меня ещё дела, — заметил я, вспомнив, что хотел вытащить из неё немного информации о мире.

— Ну пойдём, Лёшик. Красивая девушка зовёт тебя в гости, а ты упираешься. Подождут твои дела, — Артишок притянула меня к себе, цепляясь за локоть. — Заодно отдам одну ценную вещь, которую ты у меня оставил.

— О чем ты? — хмыкнул я.

Интересно, что же я там такого мог у неё оставить? И это значит, я бывал у Зины в гостях? Надеюсь, что не один, а в компании.

— А ты не помнишь? — удивилась Зина.

— Да, этот момент плохо помню. Провалы в памяти после травмы, — отмахнулся я, а заметив волнение во взгляде Зинаиды, поспешно добавил. — Но уже восстанавливаюсь.

— Я же говорю — чаю попьём, посмотрим фильм интересный, и верну твою вещь, — пообещала Зина. — А то пылится на полке.

— Хорошо, пойдём, — согласился я.

— Ну наконец-то! — хихикнула Зина, когда мы уже спускались в подземку.

Мы добрались до вагонов, проехали более десяти станций и вышли на Новослободской, поднимаясь по эскалатору на поверхность. Зина всё это время держала меня за локоть. Вцепилась, будто надзиратель. Думает, что я слиняю от неё. Наивная. Если бы хотел, давно бы ушёл. Закинул бы в неё порцию анестетика, делов-то.

Добравшись пешком до серой высотки, мы зашли в подъезд, чуть не столкнувшись с соседом, выводящим пуделя на прогулку. Артишок жила на первом этаже, что для человека её комплекции было счастьем.

Мы зашли в квартиру, которая оказалась двухкомнатной, и уж точно получше моей. Кругом совсем не старая мебель, чисто, везде ламинат, стены в светлых приятных обоях. Большая застеленная кровать в спальне и разложенный стол. В зале два кресла, телик на стене.

— Проходи, я пока переоденусь и поставлю чайник, — предложила Зина, затем замерла в дверном проёме. — Слушай, а может что покрепче? Такой стресс испытали всё-таки.

— Можно и покрепче, — кивнул я, устраиваясь в кресле и щёлкая пультом.