Авторитет скрипнул ящиком и достал из него два конверта, кидая их на стол. Они были подписаны, и, как и прежде, один был значительно тяжелее другого.

— Как думаешь, когда Захарыч встанет на ноги? — спросил меня Крест, когда я был уже в дверях.

— Сам не знаю, — пожал я плечами, бросив наугад: — Возможно, неделю будет восстанавливаться, или раньше придёт в себя. Теперь всё зависит от его иммунитета.

— Кардан, которого ты подлатал, уже вовсю работает, — улыбнулся Крест. — Так что и Захарыч поправится раньше.

— Это хорошо, — кивнул я.

— Ну ладно, можешь идти. Приводите в порядок комнату — и можете быть свободны, — произнёс авторитет.

Я вышел в коридор, Михей проводил меня до операционной.

— Красава, Алексей, — хлопнул он меня по плечу. — Ты прям ваще. Я просто охренел, когда ты это… ну, засияло всё вокруг. Короче, искры какие-то появились. Ну ты просто… просто мощь.

— Спасибо на добром слове, — улыбнулся я и вернулся в наш закуток

Ассистентка была на взводе. Наверное, думала, что авторитет меня решил попытать немного.

— Ну что там было? Что сказал? — тихо прошептала она, еле шевеля пухлыми губками.

— Вот, это тебе, — протянул я ей конверт с деньгами.

Настя открыла его, доставая пачку сторублёвых купюр.

— Пятьсот рублей, — ассистентка надула губки, хотя глаза её блестели от неожиданной премии. — В прошлый раз было то же самое.

— Так то было за месяц, — заметил я.

— Хотя да, ты прав, — скромно улыбнулась ассистентка, убирая деньги в сумочку.

Я в это время бегло пересчитал свою наличку и понял, что Крест выплатил мне три тысячи пятьсот рублей.

Методом нехитрых вычислений я понял, что могу смело идти в банк. Теперь у меня есть необходимая сумма, чтобы получить доступ к банковской ячейке! Хотя, с другой стороны, остаётся всего пятьсот рублей, и это на месяц.

Вряд ли Крест расщедрится ещё на одну премию. Раз он держит нас на поводке, значит ждать нам конвертов еще долго, и экономить опять придется на всём.

Надо будет подумать насчёт дополнительного заработка.

— Так ты же мне не ответил, — услышал я голосок Насти. — Как ты яд нейтрализовал? Это ведь только лекарям-магам под силу, и то не всем!

Я вспомнил слова Михея. Про искры.

— Ты ведь видела, как я лечил Захарыча от яда, — ухмыльнулся я.

— И просто охренела, — округлила глаза Настя. — Откуда это в тебе, Лёша?

— Да я и сам охренел. Вот как и ты, — рассмеялся я. — Во мне проснулся дар, и теперь я полноценный лекарь.

— Вам с Захарычем точно будет о чём поговорить, — радостно произнесла Настя. — Скорей бы он выздоровел. Хотя… мне и в твоей компании неплохо.

Разумеется, премий при Захарыче ей обычно не выплачивали, насколько я вспомнил, покопавшись в памяти Алексея. Лишь месячные выплаты, так сказать для поддержания штанов.

После того как Настя отмыла стол и полы, а я обработал инструменты, мы выпили по кружке чая с эклерами, которыми угостила ассистентка, и покинули операционную в сопровождении Михея и ещё одного молчаливого лба.

Мы добрались до метро, спустились в подземку, а на платформе наши пути разошлись. Я поехал в одном направлении, Настя — в противоположном.

Оказавшись дома, я решил устроить комплексный обед, точнее уже ужин. Разогрел остатки куриного супа и картофельный соус и сытно поел, подпитывая свой организм дополнительной энергией.