В итоге я справился. Последний шов, последний штрих, и магические нити растворились в воздухе, а внизу живота у пациента я заметил аккуратный ровный шов из материализовавшихся тёмных нитей.

Теперь точно всё.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Операция по устранению перитонита и очищению брюшной полости успешно проведена.

Награда: +150 очков опыта.

…

ВНИМАНИЕ!

Вами достигнут новый уровень!

Текущий уровень: 4 (145/1000)

Бонус за получение уровня: Усиление особых способностей. Теперь количество энергии, затрачиваемой на КАЖДУЮ особую способность, уменьшается на 30 %!

Дополнительный бонус за получение уровня: точность особой способности «Магические швы» увеличивается на 50 %! /

Я довольно улыбнулся. Не зря старался. Пошатнулся и ухватился за край стола, понимая, что заваливаюсь назад. Меня поддержал Захарыч.

— Алексей, какого хрена? — вновь забурчал он под ухом. — Энерго-трубки не поставил!

— Внутри всё чисто, — непослушным языком пробормотал я.

В этот раз получение уровня дало о себе знать. Затрачиваемые силы возвращались ко мне, пусть и не в полной мере, но это уже неплохо. Теперь хоть я ощущал такие изменения.

Такое было и раньше или только сейчас началось? А если это было после каждого получения уровня, получается, что я стал более чувствительным к тонкой энергии? Да, другого объяснения не было. Ведь система не просигналила об очередном бонусе «а-ля повышенная чувствительность».

Только благодаря возвращению части энергии у меня получилось добраться до стола. Я опустился на скрипнувший подо мной стул. Выдохнул, зажмурившись и наблюдая мелькающие перед глазами цветные пятна.

— Ты не ответил, как ты это сделал, — прохрипел Захарыч. — Я видел твою сеть. Это оно? То самое обеззараживание?

— Да, это оно, — кивнул я, принимая от лекаря стакан воды и делая пару внушительных глотков.

Стало ещё легче. Да нет, гораздо легче! Я уже мог подняться самостоятельно, хоть мне и пытался помочь пожилой лекарь.

— Егор Захарович, я сам, — освободил я локоть от его цепкого захвата.

— Ты просто уникум, Алексей, — протянул он. — Хотя я всё же не понимаю, почему мы не поставили трубки. Надо было перестраховаться…

— Я уже всё проверил. Не переживайте, — выдохнул я. — Теперь его надо определить в одну из наших палат.

— Пуля, зайди сюда, — бросил в смартфон Захарыч и озадаченно посмотрел на меня, затем потряс указательным пальцем. — Ну, Алексей, смотри. Что случится — все влетим. И не только мы.

— Понял, — нашёл я в себе силы, чтобы улыбнуться, подмигивая испуганной Насте, которая уже подкатила носилки.

Счастливчика Владимира Жевунова переложили на носилки, а затем транспортировали в комнату ближе к выходу из крыла, оставляя на удобной кровати.

— Настя, поставь ему сейчас витамины — стандартный послеоперационный комплекс — но не переусердствуй, — предупредил ассистентку Захарыч. — И ещё одну такую же капельницу завтра с утра.

— Как раз проснётся только утром. Наверное, — хмыкнул я.

— Он ещё и ухмыляется, — покраснел от злости Захарыч. — А ну пойдём-ка побеседуем. И ты, Настя тоже зайди, в приёмную.

— Хорошо, Егор Захарович, — кивнула слегка побледневшая Настя. И чего это она боится? Думает, что Захарыч вновь будет её отчитывать?

Мы прошли в просторную комнату, где ещё недавно принимали первого пациента, сели.

— Вот скажи мне, Алексей, в чём основной принцип лекаря-хирурга? — злобно взглянул на меня пожилой лекарь.