|
Вот у этого сталкера тоже они там были. Только без крови, жировых ошмётков, слизи и тому подобных неприятных вещей. Велес разрезал кожу почти на всём животе мертвеца и осторожно сдвинул лоскуты в стороны. Желудок, печень, кишки, всё на месте, только выглядит нереально. Словно потроха парня, вытащили, тщательно вымыли, впрыснули в них раствор органической краски и, всё как оно росло, обратно положили. Ткани чистые, яркие — словно их вручную гуашью раскрашивали. И запаха нет. Вообще никакого. Велес наклонился поближе и принюхался — всё-таки, запах был, просто такой слабый, что даже его обоняние с трудом смогло уловить хоть что-то. При этом внешние покровы и одежда парня, запах сохранили. Стойкий, тягучий, такой и за километр учуешь без труда. А внутренности будто продезинфицировали, причём каждый орган по отдельности. Но странности веса парня создавало что-то одно. Или нет? Велес стал тыкать острием ножа в кишечник. Ткани прокалывались легко, ожидаемой фекальной вони не последовало. Кишечник несчастного наполнял серо-коричневый порошок без цвета и запаха. Провёл острием по желудку. Сей полезный орган развалился надвое. Сталкер перед смертью явно хотел есть — пусто, даже серого порошка нет. Лезвие коснулось матовой поверхности печени и со скрежетом пошло юзом. Хмыкнув, сталкер легонько ударил острием по печени покойного, зимний воздух наполнился чистым хрустальным звоном.
С минуту Велес смотрел на это нечто непонятное и размышлял. Орган кристаллизовался. Почему? Непонятно. Можно это считать артефактом? Без лаборатории и пары дней свободного времени, он не мог сказать наверняка. В общем, как истинный сталкер, Велес отбросил все сомнения и условности, залез рукой в распотрошённое тело и изъял странный орган. Подкинул на ладони — килограмма полтора. После чего легонько толкнул торс. От толчка останки слетели с пятачка твёрдого снега и скрылись в снежной крупе. Больше ничего интересного там не было. — Извини парень, но вскрытие гарантированно избавило тебя от ужасной участи живого мертвеца. — Произнёс сталкер посмертную эпитафию. Звучало, честно говоря, не слишком убедительно и в душе оставалось чувство вины. Всё-таки он беднягу этого считай распотрошил. С другой стороны, ему уже всё равно, а некоторые люди и вовсе сами отдают свои органы, апосля смерти, на благо общества и людей других. Может, при жизни парень тоже считал, что мёртвые должны использоваться для общего блага. Как бы там ни было, а выбросить такую интересную вещицу, рождённую в «Нейтроном Вихре», настоящий сталкер никак не мог. Куда её только девать, печень эту стеклянную? Как выяснилось, Велес забыл не только чемоданчик с инструментами, но и простого рюкзака не взял. Ну, делать нечего, просто в карман сунул. Благо, крови на нём нет, не пачкается, размером не шибко большой. А если, как артефакт, никто не купит, можно приспособить дома, как сувенир. А что? Есть же в мире извращенцы, которые вешают на стены головы безвинно убиенных зверей, а он вот артефакт положит на полку, поближе к камину, правда камина на базе нет. Не беда! Оля найдёт куда приспособить, если пинками не выгонит на улицу вместе с этой штукой, едва поймёт, что это такое на самом деле. — Итак, первый редчайший артефакт найден! — Гордо заявил сталкер, похлопав ладонью по карману с печенью. Пусть он пока без понятия, что это такое и артефакт ли вообще, но таки сам факт: он сам нашёл, это непонятно что! И ни у кого больше такой хреновины нет. Так-то вот! Куда теперь? Велес прикрыл глаза и ощутил огромное скопление аномалий где-то позади себя — там Брос. Ага, туда весной, а сейчас в поля! В неизведанные области, туда, где он никогда не был. Велес развернулся влево. Открыл глаза и увидел ровно ту же картину — белый снег, белые сугробы, слегка белое небо. Снег видать будет, хм. Парни могут не найти его после снегопада. Вернуться? Впрочем, не факт что снегопад будет и не факт что скоро. |
