Буся только пожала плечами — пусть лучше сто раз покажется, чем один раз ничего не ощутишь, и тебе голову кто-нибудь откусит. А Никита вот недовольно хмыкнул, не понравилось ему, что ложной тревогой его напугали.

Устроились на ночлег, как и прежде без костров. Тут их и летом разводить сложновато. Не из-за мутантов, просто дрова в этих местах большая редкость. Болота всё-таки. Вот комаров, лягушек, говорят, даже оводы бывают — этого добра вагон и маленькая тележка сзади, а полезных всяких аксессуаров природных маловато. Да уж, как говорится, в каждой бочке мёда есть ложка дёгтя, а в каждой бочке дёгтя, можно отыскать ложечку мёда. Затон полон кораблями, каждый из которых, даже насквозь дырявый, защищает от Выброса лучше подземного бункера с десятком линий защиты. Но в этих кораблях нельзя обустроить удобную базу. Любой артефакт, используемый внутри ржавых остовов, превращается в мину замедленного действия, причём замедление в самом лучшем случае дня на три, потом трупы выноси. Дров практически нет, всякая мошкара, испарения болот, в общем, местечко то ещё. Устроились, поели. Собственно, поела Буся. Горячего супчика из НАТОвской упаковки. Ужинала девушка с видимым удовольствием и даже иногда чавкала. Толи пробелы в воспитании и культуре быта, толи всё дело в том, что рядом с ней сидел Никита, смотрел взглядом распятого на кресте мученика и громко глотал слюни — не совсем тут всё понятно.

— Велес, есть будешь или как? — Поинтересовалась она, допив последнюю каплю бульона из пластиковой ванночки упаковки.

— Я не голоден. — Отозвался сталкер, всё ещё пытавшийся придумать способ ненадолго отделаться от спутников. Хоть на часик-два. Да такой способ, что бы они потом не мучили его разными вопросами, да не возникло у них желания слегка пострелять, в его усталый организм.

— Ты когда последний раз ел? — Проворчала девушка. — Не голоден он бля, ты так пропустишь аномалию из-за истощения и пиздец тебе. А может и нам тоже. На короче. — Она открыла свою сумку, достала ещё один саморазогревающийся пакет производства подлых иностранных агрессоров и бросила ему. — Хавай брат-сталкер. Бесплатно. Считай, что ещё раз говорю спасибо за барахло Тонуса… — Рядом как бы случайно кашлянул Никита. Буся нахмурилась сердито — с мысли сбил. Глянула на парня, наивно питавшего надежду на такой же подарок. — Чё хрипишь баран?

Никита покраснел от обиды и опустил глаза — бедолага сообразил, что ему сегодня придётся спать голодным. Отдавать артефакт за пачку супа, он пока не собирался. Хотя мысль такая в голову уже приходила. Но блин, жалко, всё-таки этот арт он сам нашёл. И торговец даст за него куда больше чем такой же бродяга сталкер.

— И всё же я настаиваю. — Велес отвесил девушке лёгкий изящный поклон. — Я не нуждаюсь в пище так остро, как этот несчастный юноша, что сейчас ужасно страдает рядом с тобой прелестная нимфа, в красоте своей, подобная богине любви. Я буду рад, если эта пища, достанется ему.

Сердиться Буся перестала. Она не всё из сказанного поняла, но тут нечасто услышишь комплименты такого стиля и рода. До сего дня самый приличный и в каком-то смысле приятный комплимент в свой адрес, какой ей довелось слышать был — «охуенная ты Бусь, так бы и схватил тебя за титьку». А тут вдруг такой мужик — симпатичный, сильный как бык, реально крутой, Проводник, да ещё и воспитанный, интеллигентный такой, она давно подобных не встречала. А таких что бы сумели выжить здесь, заматерели как бывалые сталкеры и остались такими же воспитанными и вежливыми — вообще ни разу живьём не встречала. И не думала даже встретить.

— Эх, верёвки из меня вьёшь, сталкер. — Махнула рукой девушка, уже нисколько ни злая.