Круацина недовольно хмурится.

- Ты хочешь, чтобы я осталась с тобой в одном доме? Лучше уже стать плевком хаоса на картине вечности, чем это.

- Боюсь, в противном случае, ты станешь горсткой пепла, моя дорогая - маги и гарнизон не пощадят тебя. Выбор прост - или принять меня в качестве союзника, или погибнуть, потеряв своё новое тело и навсегда исчезнув из этого мира.

Девушка, закусив губу, косится на Канса и какое-то время раздумывает.

- Попробую тебе поверить. Но если вздумаешь обмануть - ответный удар не заставит себя ждать, имей это в виду. И раз мой господин сейчас уходит, мне надо кое-что попробовать.

На последней фразе поднимается с места и направляется к выходу, таща следом за собой растерянного Тонфоя. А через несколько минут мы слышим, как на втором этаже начинает жалобно поскрипывать кровать. Хёрдиссиня, подняв глаза к потолку, задумчиво отмечает.

- А эта ещё ничего - весьма сдержанная. Другая попробовала бы приступить к делу сразу, как прошла грань.

К моменту, когда вымотанный Тонфой и довольная Круацина спускаются вниз, камердинер его бабушки уже отбывает в лавку, со списком для покупок, а мы готовимся к возвращению в университет. Если верить словам старой леди, вечером она собирается встретиться с ректором Хёница, для чего ей тоже придётся подняться наверх. Правда, с нами она встречаться не планирует.

Вопрос с наблюдением она обещает решить завтра, когда мы снова спустимся в Кёйрель. А пока советует не высовываться и вести себя осторожно. Перед уходом, пускает в ход несколько нотных связок, убирая все следы магии. С ней же обсуждаем и вариант для дознавателей Хёница, если они решат допросить нас - атака произошла вне территории университета, но ввиду того, что мы студенты, дело всё равно находится в двойной юрисдикции.

Ловим по дороге пару кэбов и спустя десять минут уже поднимаемся в Хёниц, рассевшись на скамьях внутри кабины канатной дороги.

Интерлюдия 6

- Вчера ты приказал мне готовиться к отправке в столицу, а сейчас хочешь поехать сам? Что изменилось за одну ночь?

Ност Оттефер, стоящий рядом со столом за которым ужинал его отец, нервно крутил в руках нож для бумаги, смотря на главу дома. Последний же, не обращая на сына особого внимания, ожесточённо вгрызается в кусок мяса. Наконец закончив, вытирает жирные пальцы о салфетку, поданную миловидной девушкой и взявшись за кубок вина, обращает внимание на сына.

- Поступил доклад от моих людей - эта дурочка хочет призвать чиновников к подчинению, устроив показательную бойню в одной из провинций. А бюрократы уже давно отвыкли от того, что их могут вздёрнуть за пачку ассигнаций - империя сразу встанет на дыбы.

На лице младшего Оттефера отражается непонимание.

- И что это меняет?

- Кто тебя растил, Ност? Я или какой-то рицеров крестьянин, что за границы своей деревни даже не смотрит? Недовольство и страх чиновников за свою шкуру изменят всё - открытые мятежи заполыхают немедленно.

Помолвленный с Морной наследник хёрдиса переступает с ноги на ногу, неуверенно покосившись на девушку, что стоит рядом с креслом его отца, опустив глаза в пол.

- Но ведь у неё может и получиться? Тогда позиции регента упрочатся и необходимость в...

- Ты слышал, что я только что сказал, мальчик?! Кому из нас сто сорок лет? Кто пережил Войну трёх императоров, побывав на всех трёх сторонах и сохранил титул? Бюрократы на местах и так не уверены в том, что им следует подчиняться нынешней центральной власти, а после массовых казней своих собратов по просиживанию штанов и воровству, станут куда более восприимчивы к поддержке кого-то из кандидатов на место императора. Бунты однозначно будут. И как только все заинтересованные фигуры поймут, что девчонка ничего не может поделать с мятежами - процесс пойдёт в геометрической прогрессии.