Переглянувшись с Корвэллой, задаю вопрос.

— На чём основываются подобные выводы?

Дипломат слегка наклоняет голову, переведя взгляд на меня и берёт в руки лист бумаги.

— Я опираюсь на логику, Ваше Императорское Величество. Если на западе мятежники представлены относительно однородной массой, в которой мало кто выделяется, то на севере всё по-другому. Во-первых, там относительны сильны сами республиканские идеи. Имеется немало старых подпольщиков, многие из которых подвергались арестам со стороны полиции или канцелярии. Они обладают моральным авторитетом для тех, кто симпатизирует республиканцам и желает упразднения империи.

Сделав секундную паузу, говорит дальше.

— Во-вторых, именно на севере остались войска, которые формировались сёстрами Схэсс. В них заложена преданность и стопроцентная лояльность своим командирам. Вот только никого из их создателей не осталось в живых. Я консультировался с магами и они считают, что при таких обстоятельствах, солдаты подвергнувшиеся обработке станут искать замену. И точно её найдут. Теперь они просто не могут по иному, понимаете? Им обязательно нужен человек, которому они будут с восторгом повиноваться. Не знаю, кто это будет, но вполне вероятно он уже появился. И наконец, в-третьих, на севере масса тех, кто не сильно знаком с идеями республиканцев и не подвергся обработке со стороны сестёр Схэсс. Люди, которые просто хотят возврата к прежней жизни. Нормальная работа, деньги, работающие школы для детей, отсутствие дефицита товаров. Им обещали всё это, но экономическая ситуация в северных провинциях только продолжает ухудшаться. А между тем, у массы подобных «экономических» мятежников, имеется оружие. И они занимают определённые должности.

Дождавшись, пока он закончит, уточняю.

— Вы считаете, что одна из этих группировок могла использовать Болрона, чтобы усилить свои позиции?

Тот секунду медлит, а потом ведёт головой чуть в сторону.

— Возможно. Но скорее всего кто-то из верхушки пытается стабилизировать ситуацию. Рассчитывая, что Болрон уравновесит все стороны и никто из них не рискнёт начать открытое противостояние.

Интересная мысль. Не лишённая смысла. Пока я прикидываю, насколько верны могут оказаться догадки Ллойса, в беседу вступает Мэно.

— Согласно информации, которая поступает из северных провинций, там действительно наблюдается недовольство новой властью. Многие из горожан, которые на первом этапе горячо поддерживали мятежников, теперь настроены по отношению к ним весьма критично. Но я бы отметил, что недовольные гражданские разобщены. А их представительство в органах власти и войсках невелико. По крайней мере, его точно недостаточно для поднятия организованного восстания. Но в целом, уровень напряжённости быстро растёт — тут я соглашусь с министром. Если дело дойдёт до открытых уличных протестов и республиканское командование отдаст приказ на открытие огня, может вспыхнуть спонтанный бунт.

Откинувшись на стуле, окидываю взглядом всех собравшихся.

— Если это верно, то при первой возможности стоит начать концентрацию группировки для наступления на севере. У нас есть Скэррс, который можно использовать в качестве плацдарма. В случае раскола между северянами и столкновения мятежников друг с другом, будет хороший шанс дождаться максимально удобного момента и нанести удар.

Ллойс цокает языком, привлекая к себе всеобщее внимание. Ни капли не смутившись, принимается излагать своё собственное предложение.

— На мой взгляд, сейчас северяне готовы пойти на серьёзные уступки.