Покинув кабинет Спашена, отправляю вестовых к Ллойсу и Микке с Корвэллой. Настало время посмотреть на тройку переговорщиков, которых прислали республиканцы.

Глава 17

К зданию, в котором содержится делегация мятежников, мы приходим вчетвером. Микка с Корвэллой, Ллойс и я сам. Министр пытается убедить меня, что такие переговоры не мой уровень, но я решаю, что всё равно стоит присутствовать. Если смотреть с точки зрения статуса субъектов, то единственный, кто подходит для личной встречи со мной, это будущий король объединённого юга. Или королева, если учитывать в раскладе фактор Айвери.

Трое республиканцев встречают нас в гостиной. Расположились в креслах с чашками сорка. Реагируют по разному. Один с проседью в волосах, при виде меня немедленно встаёт, салютуя кружкой с напитком и начиная говорить.

— Рад видеть, что императора действительно интересуют жители Норкрума.

Слегка растерявшись, взмахиваю рукой и он опускается назад. А вот его «напарники» молчат, бросая в его сторону мрачные взгляды. Когда мы занимаем ещё четыре кресла в гостиной, один из «молчунов» начинает разговор.

— Лэзр Маллок, военный префект республики. Хотелось бы узнать, почему вы отказались заключать перемирие? Мы прибыли сюда для переговоров по своей доброй воле, но вы продолжаете боевые действия. Зачем, если мы хотим договориться?

Вижу, как в соседнем кресле напрягается Микка, которой явно не нравится игнорирование титула императора. Прежде чем призванная обрушилась на говорившего, опережаю её.

— Вы действительно прибыли сюда сами. Но уж позвольте мне самому решать, когда мои войска будут сражаться, а когда отдыхать. Об отказе от перемирия вас предупредили заранее, тем не менее вы всё равно прибыли в столицу. Может быть перейдёте к цели своей делегации?

Префект недовольно хмурится, а вот седой мужчина, что единственный поприветствовал меня, ухмыляется.

— Они почему-то решили, что вы обязательно среагируете на призыв к временному перемирию. И это после триумфального разгрома южан.

Насколько я понимаю, «седой», это Джейс Ортон. Единственный, кого можно назвать относительно опытным политиком, пусть и со специфическим опытом. Оба его «коллеги» почти синхронно бросают в его сторону гневные взгляды, а северянин продолжает.

— У меня другой вопрос — чего вы хотите от этих переговоров? Думаю, вам сейчас настойчиво предлагают военное решение вопроса.

Столкнувшись с его внимательным взглядом, показательно усмехаюсь.

— После уничтожения южан, ликвидации сестёр Схэсс и окончательной гибели самого Рэна Схэсса, у нас действительно развязаны руки. Если я отдам приказ, мятежные провинции будут стёрты с лица земли за несколько суток. Хотя, не думаю, что это потребуется. Стоит нам полностью уничтожить несколько крупных городов, как остальные станут умолять сохранить им жизни и сложат оружие.

Второй представитель запада оскаливает зубы.

— Вы никогда на это не пойдёте. Уничтожите хотя бы один город и оправдаете всё, что о вас говорят. Получите бунты по всему Норкруму и мятеж собственной армии. У вас и так немного кадровых военных, большинство, это призванный резерв. Полноценного восстания корона не переживёт.

Пока он говорит, чувствую, как наружу начинает прорываться ярость. Слишком много всего случилось за последнее время. И слишком долго я сдерживал свои эмоции, тщательно цементируя их внутри. Уперев взгляд в говорившего, мрачно излагаю.

— Думаешь я этого боюсь? После того, как побывал в мире посмертия и видел такое, из-за чего твои мозги бы расплавились на месте? После битвы с Рэном и схватки с Палачом? После всего, что было? Если это действительно будет нужно, я отдам приказ! Обрушу на вас всю свою ярость.