— Мы предлагаем сформировать новый управляющий орган, который будет действовать на постоянной основе. Выборный, формируемый из представителей провинций и вольных городов. Можно включить в него и аристократов, но ограничить их численность. Это новое, выборное собрание будет наделено полномочиями по назначению судей, обязательному одобрению всех законов и эдиктов императора, плюс само по себе будет являться высшим судебным органом империи. Вместо текущего формата, где высший суд вершат хёрдисы, либо император.

Глядя на него, обдумываю предложение. Реформа политической системы управления и так была неизбежна. Пережитые империей потрясения сломали старый уклад жизни. Да и влияние высшей аристократии сейчас сильно подорвано. Вернее, в текущем моменте, оно велико — за счёт их участия в войне и немалого числа подчинённых солдат. Но когда наступит мир, восстановить старую экономическую систему будет непросто. Да и незачем.

Но при всём этом, я планировал запускать процесс модернизации сам, как изменения свыше. А не под давлением республиканцев. И самостоятельно определять, как выстроить систему сдержек и противовесов, чтобы всё работало корректно, а дворянство не обратилось против престола. Договорённость с мятежниками на тех условиях, что они предлагают, многие сочтут предательством. Особенно аристократы, которые сейчас являются костяком формируемой армии. Тем более, сделка с северянами очень сильно ослабляет позиции второго республиканского анклава. Сами по себе они точно не смогут выстоять против империи. И прекрасно это понимают — не зря лица у обоих посланников такие озадаченные.

— Мне это не кажется хорошей идеей. Безусловно, после окончания военных действий, какие-то изменения произойдут. Но это точно не будет делаться под давлением тех, кто с оружием в руках выступил против престола.

Сделав короткую паузу, продолжаю.

— Могу предложить вам те же условия, что и северным провинциям. Сложите оружие и получите амнистию. С точно такими же ограничениями.

Какое-то время оба «западника» мрачно молчат. Потом Маллок озвучивает ответ.

— Не думаю, что наше командование пойдёт на такое. Мы рассчитывали прийти к формату договора, который всех устроит. И само собой, многие из нас желают принять участие в выборах и активно работать на благо страны.

Качнув головой, выдаю вердикт.

— Соглашения в том виде, как вы его видите, не будет. Предложение амнистии с ограничениями, озвученными Ллойсом — единственное на что я могу пойти. Ничего более.

Секунд десять оба мрачно молчат. После чего Марн медленно задумчиво тянет.

— Нам нужно проконсультироваться с руководством. Отправите кого-то из нас обратно? Второй останется здесь в качестве гарантии продолжения переговоров.

Вижу, как хмурится Микка и едва заметно делает отрицательное движение головой Ллойс. Корвэлла же просто хищно усмехается, разглядывая растерянных представителей запада.

— Боюсь, вам придётся немного задержаться здесь в качестве гостей. До момента, когда мы закончим операцию на севере. Во избежании утечки информации.

Сразу же слышится возмущённый голос Маллока.

— Вы гарантировали нашу безопасность на время переговоров.

Удивлённо развожу руками.

— Так вы и будете в полной безопасности, под охраной солдат и офицеров имперской армии. Думаю, вы сами понимаете, почему я не могу отпустить вас обратно. Настаивать на этом бесполезно.

На этом общая часть встречи заканчивается. Обоих «парламентёров» западного анклава мы оставляем в том же доме. А вот Ортон отправляется с нами во дворец. По дороге понимаю, что пора бы начать выносить правительственные структуры за пределы императорской резиденции. На этапе активных военных действий, решение собрать всех в самом защищённом месте, была отчасти логичной.