– Где?

– Вон! В кустах… Ой! Да он на нас смотрит!

Глава 4

Озерск и окрестности. Июнь 1967 г.

Девчонки быстренько выбежали на берег и натянули юбки. Маринка Стрекоза оглянулась, внимательно рассмотрела кусты и озерную гладь:

– И где мужик?

– Ну, вон, за теми кусточками прятался! – показала пальцем Вера. – На нас смотрел, гад! Я знаю, есть такие…

– И куда же он делся? – Марина закрыла футляр фотокамеры.

– А я почем знаю? – Глянув еще разок на кусты, девушка прищурилась: – Может, нас испугался – ушел… Здоровенный такой!

– А, может, и не мужик это был? Может, медведь! Помнишь, лесник рассказывал…

– Медведь! – испуганно ахнула Вера. – И впрямь может… Ой, Маринка! А ну-ка, пойдем отсюда скорей!

– Не, не медведь. – Стрекоза задумчиво тряхнула косичками. – Там, где кусты – мыс, так?

– Ну…

– А за мысом – вода, озеро. Ежели медведь, хрустел бы кустами, мы бы услышали.

– Медведь может и неслышно ходить… особенно если голодный.

– Ой… – Марина вдруг дернулась и показала рукой: – Глянь – лодка!

И точно, из-за мыса показалась обычная вепсская ройка – долбленый челнок с противовесом. На корме ловко орудовал веслом здоровенный мужик в брезентовом плаще и надвинутой на глаза кепке. С бортов торчали удочки.

Словно почувствовав, что за ним наблюдают, рыбак вдруг обернулся и погрозил девчонкам кулаком.

– Слава богу, не медведь! – с облегчением выдохнула Вера. – Рыбачок…

Маринка хмыкнула:

– Мы ему, верно, всю рыбу распугали.

– Тут вообще много всяких водоворотов. Частенько тонут…

– Это по пьянке все!

– Не скажи. Слышала, Колька Ващенков вчера про русалок рассказывал… и про летающих змей!

– Про летающих змей слышала, – задумчиво протянула Маринка. – А про русалок – нет.

– Ну, это не совсем русалки, скорее, озерные духи. Но людей под воду утаскивают!

– Ага… и еще тракторы. Знаешь, сколько тут тракторов под лед провалилось? Мне папа рассказывал. И вовсе не русалки тут виноваты, а водка!

Девушка усмехнулась с видом человека, много чего повидавшего и знающего жизнь.

– Ой, Маринка, – вдруг улыбнулась Вера. – Мы сами с тобой – как русалки! У-у-у-у! Ну, что? Будем еще фоткаться?

– Ага! Только быстрее. Помнишь, что Анна Сергеевна наказала?

– Угу.

И снова – позы: и так, и этак…

– Ногу вперед выставь… И подбоченься… Не так! Во-от… Теперь спину выгни… Мо-ло-дец! Меня теперь сфоткай. Вон тут, на камне.

Забравшись на большой серый валун, Маринка уселась, подтянув к подбородку коленки.

– Ой! – щелкнув затвором, восхищенно воскликнула Вера. – Маришь, ты прям эта… Не знаю, как и сказать. В общем – как во французском кино!

– Бабетта?

– Не, не Бабетта. Другая. Ну, которая с Жаном Маре… Вот еще бы косы распустить…

– Я вообще их отрезать хочу.

– Не, распусти просто. Потом в лагере заплетешь.

– Ну ладно…

Распустив косы, девушка и впрямь стала походить на русалку или на загадочную французскую актрису… Марину Влади.