Мамаша взревела кинг-конгом, только что в грудь себя лупить не начала, и бросилась в атаку.

Я принял её на щит, вскользь, потому что шипы из арматуры не пробили кожу. Как⁈ Удар был таким сильным, что я едва устоял на ногах. Да от такого легковушка отлетела бы на пару метров.

Не успел я очухаться, как лапища с треугольными когтями, широкими у основания и острыми на концах, вспороли воздух у самого носа. Едва успел отшатнуться. Шустрая, тварь!

Замах вышел так себе, но клинок пропел свою песню, врезавшись в бочкообразное плечо.

Со скрежетом соскользнул вниз. По инерции меня шатнуло вперед. Едва успел выставить щит, воткнув его в землю. Завяз.

Выдирать его пришлось с усилием, подшагнув ближе, чуть присев. Мамаша снова зарычала и прыгнула на меня. Сучья белочка!

Рекуператор выл. Тяговые тросы гудели от натуги. Магнитные диски тонко пели, но я чувствовал дикие нагрузки в этом звуке.

Тяжеленная туша врезалась в меня, как раз, когда я выдернул щит. Ударом меня так дернуло в ремнях, что думал все внутренности стряхну. Я лишь успел выставить руки, чтобы не рухнуть пузом в землю.

Перекатился. Сунул клинок в лицо твари. Промазал большим, а вот кинжал вспорол щеку. Черная жижа с каким-то желтым гноем хлынула на землю, нестерпимо завоняло кислятиной. Зубы она не чистила что ли? И тут эта смесь попала на клинок. Зашипела, вспениваясь и воняя. Черт! Кислота? Ридли Скотта она перед тем, как обратиться что ли смотрела?

Раздумывать было некогда, хорошо, что хоть мелкие отсиживаются в кустах. А, нет! Несутся ко мне лежачему. Просекли ублюдки, что есть шанс.

Грянул выстрел. За ним еще. Стреляли одиночными — молодцы! И правильно, что до этого не пытались. Мы с мамашей закрывали обзор для Петровича с Олей. В меня бы могло прилететь.

Обе мелкие твари дернулись, не добежав. Выстрелы их особо не остановили, но я видел, как отвратительная плоть вылетела кусками из бока у одного и плеча у другого.

Мамаша тем временем одыбалась. Поднялась на ноги. Я тоже не зевал.

Грудной рев. На этот раз адресовано не мне. Рычала она на мелких. В пасти у твари что-то подозрительно булькало. Мелкие, тут же отскочили, рванули обратно. Им в спину ударили короткие очереди. Снова не убили. Крепкие твари. Но неплохо покоцали.

Мамаша снова обратила на меня взор, задвигала челюстями, будто бы что-то пережевывала. Твою мать! Верблюдица грёбаная! Харкнула в мою сторону, но я увернулся. Потом взревела и вдруг бросилась к дому.

После первого рыка я понял, что она своих детей не бросит. Странно, но видимо, что-то в мозгу осталось от материнского инстинкта. Какие-то крохи разума сохранились?

В общем, этот поворот я предвидел, а потому был готов.

Рывок!

Силы в ногах столько, что каркас скелетоника застонал. Щит выставил вперед, согнул руку в локте. Из глотки твари плеснуло желтым и вонючим. Вся эта хрень попала на щит. Я слышал, как там шипит и даже успел заметить струйку дыма. Лишь бы выдержал! Металл тонкий, а работает ли мой навык против химии я не знал. С физикой точно справляется, а вот с другим… Удар!

Ударом я снес тварь метров на пять.

С ощутимым сопротивлением шипы вошли в бок монстра. Мне даже показалось, что кожа проткнулась с каким-то хлопком.

Я почувствовал на руке горячую жижу. Нет! Лишь бы не кислота! Черная кровь плеснула, запачкала экзоскелет. Не успел я порадоваться, как понял, что ранение вывело из себя мамашу окончательно.

Она словно берсерк принялась молотить меня кулаками. Без разбора. Удары сыпались градом. Прилетело в грудь, я едва не задохнулся. И это через защитную грудную панель. Да там металл в сантиметр. Он защищает часть важных узлов.

Второй удар я заблокировал. Готов поклясться, что трубчатый скелет из сверхпрочного материала прогнулся.