— Глупость какая-то! Я сюда не лекцию пришел читать.

— Да и черте вами, — махнул рукой Роберт. — Сам расскажу. Итак, — он постучал вилкой по бокалу с вином, — Андрей Васильевич прославился умением придумывать незаурядные способы отъема денег у богатой части населения. Его последняя идея поражает своей нахальной простотой. Зная, что многие состоятельные люди тщеславны, доверчивы и легко поддаются внушению, он придумал байку, выслушав которую, многие богачи спешат поделиться с ним деньгами.

— Вы вынуждали богатых людей жертвовать на благотворительность? — спросила Надя. — А сами забирали пожертвования себе?

— Фу! — скривился Треопалов. — Какая пошлость!

— Знаете ли вы, — воскликнул Роберт, обращаясь большей частью к Инге и Верлецкому, — что такое крионика?

— Замораживание, — подал голос Стас. — При помощи жидкого азота.

— Вот-вот. Замораживание. Это почти как в кино. Почти. Потому что в настоящее время замораживать уже умеют, а размораживать и возвращать к жизни — еще нет. Но это дело будущего. Во многих странах сейчас ведутся широкие исследования в области криогенной инженерии, а в США действует криогенный институт. Есть куча людей, желающих заморозиться после смерти и лежать в азоте до тех пор, пока не будет разработана техника размораживания. Такой человек рассчитывает в будущем, грубо говоря, оттаять и ожить. Мол, ученые двадцать какого-то там века научатся воскрешать всех инфарктников, утопленников и так далее.

— А делается это все, конечно, не бесплатно, — заметил Верлецкий, задумчиво разглядывая невозмутимого Треопалова, который положил себе на тарелку салат оливье и как раз собирался его отведать.

— Конечно. Сама процедура в Америке, например, стоит порядка тридцати тысяч долларов. Но главное не это. Расходы на содержание клиента тоже нужно учитывать. В прошлому криогенных инженеров уже был печальный опыт. Допустим, какой-нибудь мистер Смит заплатил за то, чтобы его заморозили. После его смерти родственники обязаны платить за содержание Смита в криогенном институте определенную сумму. Так вот. Большинство родственников очень быстро утешалось и платить отказывалось. Тогда ученым пришлось придумать другую систему — накопительную.

— Как в пенсионном фонде, — поддакнул Стас.

— Вот-вот. Заплатив определенную сумму, ты становишься членом криогенного института. И потом ежемесячно перечисляешь энное количество денег на специальный счет. Чем солидней накопленная сумма, тем больше шансов у тебя дождаться воскрешения.

— Весьма познавательно, — сказал Хомутов, — и даже любопытно. Но при чем здесь этот человек?

— А Андрей Васильевич, — продолжал с удовольствием Роберт, — объявил себя гением в области криогенной инженерии. Якобы он и группа его товарищей-ученых обнаружили способ, при помощи которого человека в некоторых случаях можно воскресить практически сразу, не дожидаясь светлого будущего.

— Допустим, если он лопал в автомобильную катастрофу, — догадалась Инга.

— Ну.., что-то в этом роде. В тонкостях я, честно говоря, еще не разобрался.

— И что? — нетерпеливо спросила Надя. — Он просто взял и заявил, что умеет воскрешать людей, и все ему сразу поверили?

— И денежки понесли? — подхватил Илья.

— Господь с вами! — воскликнул Роберт. — Вес было сделано грамотно и обставлено по высшему классу. Для начала сняли помещение и оборудовали там лабораторию.