— А… Она про Глеба Сергеевича ничего не говорила? — осторожно спросила Инга, — Не вспоминала? Может быть, он ей часто снится? Или… чудится.

— Ты шутишь? — громким шепотом спросила Зоя. — Помнишь того мужика, с которым она явилась в день твоего увольнения? Такой весь из себя?

Это ее любовник Юдин.

— Юдин, Юдин… То-то мне его лицо показалось знакомым! Он же был нашим клиентом в прошлом году!

— Вот-вот. Дорогим клиентом, И даже как-то ужинал вместе с четой Артонкиных в «Национале». Вероятно, с этого момента у них с Нонной Аркадьевной все и закрутилось. И теперь, когда Глеб"

Сергеевич умер, они уже не скрываются:

— А где они живут, ты не в курсе? В доме у Артонкиных или же у Юдина?

— Понятия не имею. Нонна Аркадьевна приходит в агентство после двух, и каждый вечер Юдин за ней заезжает на своем личном автомобиле с охраной. Куда они потом едут, никому не известно.

Положив трубку, Инга стукнула ладонями по столу и сказала: «Так!» Больше она не позволит запугивать себя всяким привидениям и душителям:

Она сама выведет всех на чистую воду! Разберется что к чему, не полагаясь на так называемый сильный пол!

После того как Инга вчера плохо ли, хорошо ли, но сыграла роль невесты Верлецкого, он завез ее домой, пожелал спокойных снов и пообещал, что «Роберт во всем разберется». Для Григорьева личные обиды оказались важнее ее жизни! А Треопалов вообще решил отмежеваться от всех и всяческих призраков. Да пошли они все!

Подогретая гневом, Инга с раннего утра совершила героический поступок — отправилась в гараж и вывела на улицу собственные «Жигули», обклеенные по периметру восклицательными знаками.

Когда водители видели на дороге это чудо природы, они разъезжались прочь широким веером. Тем не менее Инга стиснула зубы и добралась до работы живой и невредимой. Правда, к концу поездки была вся мокрая от напряжения. Но что это значило по сравнению с моральным удовлетворением!

Вечером ей предстоит задачка посложнее! Выяснить, где живут Александр Юдин с Нонной Артонкиной, можно только одним способом — выследив их. Но в их машине наверняка профессиональный шофер, так что гонка предстоит еще та.

На самом деле Инга составила целый план мероприятий, хотя информации катастрофически не хватало. Поэтому начать распутывать весь этот клубок кошмаров она решила с Глеба Артонкина.

Просто потому, что отлично его знала и чувствовала хоть какую-то почву под ногами.

В последние дни Инга настолько увлеклась своими делами, что толком не занималась развитием физкультурного центра — свалила все на Доброскока и Хризопразскую, а финансовые вопросы решал Степанцов, и он же сдавал вырученные деньги в банк.

Едва закончился рабочий день, Инга собрала сумочку и на большой скорости вылетела из здания. Треопалов, услышав дробь каблучков, вышел в коридор и проводил ее задумчивым взглядом, но не окликнул, а только пробормотал про себя: «Слава тебе господи».

Инга тем временем села в «Жигули» и повернула ключ в замке зажигания. Они оба — и она сама, и автомобиль — относились друг к другу с большим недоверием. Когда автомобиль взбрыкивал, Инга изо всех сил сжимала руль и говорила: «Спокойно, спокойно! Хороший мальчик». Многие водители смотрели на нее с презрением, а один даже повертел пальцем у виска, когда она неуклюже перестроилась в другой ряд.

Тем не менее слежка за Артонкиной и Юдиным началась успешно.