— И это ещё не всё, — продолжал Блейк. — Моисей лично отдал приказ истребить мадианитян, местное племя, с которым он был связан кровными узами, если учесть, что его жена Сепфора была мадианитянкой. Единственным правдоподобным объяснением является то, что либо он, либо все прочие хотели создать пустоту вокруг места его захоронения, чтобы сохранить его в тайне.

— Бог ты мой... — пробормотала Сара.

— Я... не представлял себе, что ты верующая, — изумился Блейк.

— Дело не в этом, — возразила девушка. — Возможно, я неверующая, но сама мысль, что двум третям всего человечества, трём великим монотеистическим религиям, эта твоя теория грозит крахом...

— Однако же это не теория: у меня имеются доказательства.

— Но ты отдаёшь себе отчёт в том, что ты говоришь? Пророк всеобщего монотеизма был всего-навсего обманщиком.

— Сара, у этой мумии внизу на сердце лежал скарабей с выгравированным именем Моисея.

— Как ты можешь быть так уверен?

Блейк взял ручку и набросал на своём блокноте рядок идеограмм, которые она видела выгравированными на скарабее.

— Видишь? — указал он ей на знаки. — Первые два изображения означают М и С, и до сих пор ещё могут оставаться какие-то сомнения. Поскольку в египетском языке гласные на письме не изображаются, то два согласных могут иметь и другие значения, но три остальные идеограммы уточняют: «Предводитель азиатов», каковыми и были евреи. Нет. У меня нет ни малейших сомнений.

Кроме того, труп не был забальзамирован согласно традиционным канонам по причине невозможности найти в этих краях мумификаторов из Дома мёртвых. Всё совпадает. А надпись, выбитая на саркофаге, может быть идеально отнесена к эпизоду из жизни Моисея, спасённого из вод Нила, и к его путешествию в Синайскую пустыню, как это описано в «Книге исхода». Я не могу не принять к сведению то, что увидел, прочёл, обнаружил.

— Но почему? Должно быть почему. Если всё твоё построение абсурдно, то этих доказательств недостаточно, чтобы сделать его правдоподобным.

— Я размышлял всю ночь, пытаясь найти какое-то объяснение.

— И что же?

— Не знаю... Чрезвычайно трудно найти ответ. Мы говорим о человеке, который жил более трёх тысяч лет назад или около того. Мы не знаем, должны ли слова Библии обозначать то, что они гласят, или же должны толковаться. И каким образом. Возможно, его побуждающей силой было стремление... стремление стать отцом народа, таким, каким был фараон в Египте. Тем, кем он, на самом деле сын безродных родителей, никогда бы не смог стать... И в конце концов, в свой смертный час он не смог разрешить противоречия, которые раздирали его всю жизнь: кровь и плоть еврея, а образ мышления — египтянина...

— А завал? А деревянная панель? А сандалия? Что это имеет общего с твоими теориями? Возможно, внимательно изучив эти элементы, ты смог бы найти иной и более правдоподобный ответ.

— Я уже нашёл ответ. Человек, который потерял сандалию, знал, где находилось захоронение, поскольку узкий круг лиц каким-то образом передавал её месторасположение, но, возможно, никто никогда не проник в неё. Однако же это должен был быть еврей, возможно, священник, возможно, левит, возможно, пророк... Мне неизвестно, что он искал в этом месте двадцать шесть веков назад. Тем не менее то, что он увидел, настолько потрясло его, что заставило привести в действие защитный механизм, чтобы навсегда закрыть доступ в захоронение. Если бы в его распоряжении была взрывчатка, то могила взлетела бы на воздух. Я уверен в этом.

Свет заката погас на песках пустыни Паран, голые вершины гор потемнели, а лёгкие волнообразные очертания почвы покрылись бронзовой патиной. Стала вырисовываться луна, прозрачная на фоне бледно-синего неба, постепенно становясь всё более тёмной в центре своего лика.